Моя любимая фобия

А чем бы я ей помог? Я годами сижу в этих стенах, не пытаясь даже иметь с этим миром что-то общее. Я не опора для неё. Я даже сам для себя не опора. Поэтому она обратилась к моему отцу, потому что именно в нём есть тот самый мужской стержень, способный дать защиту, помощь и заботу.

– Да, кажется что-то со съёмной квартирой. То ли потоп, то ли пожар… В общем, девушке нужно было срочно ехать.

– Почему она не воспользовалась услугами шофёра? – пожалуй, это вторая часть, которую я не мог понять.

– Алик занят ремонтом разбитой машины, а Савелий уехал за продуктами, – дворецкий пару секунд смерил меня оценивающим взглядом, а после успокаивающе произнёс.

 – Я уверен, Марк Игоревич, что всё в порядке. Как только они вернуться, я сообщу вам.

– Как только они вернуться, отправьте Есению ко мне… Работа горничной до сих пор не выполнена, – предусмотрительно ввернул я. – И за что только мы платим столь нерадивому персоналу?!

Стало не по себе от этих фраз, но только во имя нас с Есей. Чёрт, знала бы ты, как я ненавижу ложь!

Ожидание затянулось аж до глубокого вечера, гоняя меня между комнатами.

Попробовал позвонить отцу, но после первого гудка сбросил. Неясное опасение грызло под рёбрами.

Уже к ужину в мою дверь постучались. Произнести ничего не смог, просто метнулся к выходу и распахнул, ожидая увидеть на пороге Есю. Сердце пребольно заныло, уже почти не выдерживая очередного разочарования. Это снова дворецкий, и, кажется, я его скоро возненавижу.

– Я не хочу есть. Несите обратно, – ответил я, понимая, что и куска не смогу проглотить.

 – Мой отец вернулся?

– Да, Игорь Матвеевич и Есения Владимировна уже вернулись. Ваш отец сейчас в кабинете…

– Почему не отправил горничную ко мне? – в груди начало закипать раздражение – либо наш управляющий тупой, либо они тут все нарочно ополчились против нас с Есей и не хотят встреч.

– Извините, но девушка сильно расстроена… Ваш отец распорядился дать ей на сегодня отгул.

– Расстроена? – внутри всё заклокотало. Моей любимой девушке сейчас плохо, а я сижу тут, как последний идиот и ожидаю у моря погоды, питаясь неясными ответами.

 – С-спасибо… Вы свободны.

– Марк Игоревич, может всё же поужинаете? – дворецкий сделал последнюю попытку.

– Я сказал, что не голоден. Идите, Алексей Олегович. Сегодня я не желаю никого видеть, – и захлопнул дверь прямо перед его носом.

Нервно замаячил по комнате. Расстроена… Что-то случилось, а я торчу здесь в своём дурацком затворничестве.