Моя любимая фобия

Изумруды его глаз источали печаль. Обижен, но не зол. Говорить ему о своей беде совсем не хотелось. Он и так травмированная личность, зачем ему знать ещё и о моих бедах. Молчу о своих внутренних страхах. Мы ведь можем просто так взять и успокоить друг друга – поцелуем, прикосновением, близостью. И – о, счастье – он желал того же. Заботливо раздел и уложил рядом с собой, нежно забрав в свой кокон.

– Спи, мой воробушек, – и от этих слов едва не расплакалась, понимая, что с каждым днём всё сильней и безумней влюбляюсь в этого мужчину.

Но утро определённо отличалось от предыдущего. Проснулась от его беспокойного стона. Марк метался на постели с закрытыми глазами, яростно скрипя зубами. Дурной сон?

– Марк? Проснись, – попыталась мягко поймать любимого за лицо и успокаивающе погладить, но мужчина буквально взревел и резко вскочил. Схватил за шею, сжав в тиски, и, бросив меня обратно на постель, замахнулся кулаком для жестокого удара.

В ужасе закричала.

Глава 5. Нужна помощь

МАРК

Пытаюсь вырваться, но чьи-то руки крепко удерживают.

Я смотрю в смеющийся рот и понимаю, что полностью в её власти, только в этот раз всё иначе. Она не говорит о моей принадлежности, не клянётся остаться со мной навечно.

– Порежу каждый сантиметр кожи. Она истечёт кровью, а ты будешь смотреть.

Погладила по лицу и в этот момент у меня появились силы. Яростно взревел, рванув вперёд. Схватил за тонкую куриную шею и стиснул. Женщина упала, покорённая мной, но продолжала смеяться. Замахнулся для жестокого удара.

Она замолчит! Замолчит навсегда…

– Марк! – отчаянный женский крик ужаса развеял морок и передо мной предстала до смерти перепуганная Есения.

Она пыталась вдохнуть, одновременно, отмахиваясь от меня и роняя с тумбочки ночник и иные предметы. В доли секунд понял, что мрак ночного кошмара смешался с реальностью, где объектом моей ярости стала любимая девушка. Отпрянул. Есения рухнула с постели и, взорвавшись удушающим кашлем, бросилась от меня прочь в ванную. Щёлкнул шпингалет.

Смотрел на свои дрожащие руки, в ужасе понимая, что едва не убил её. Слышу за дверями хрипы, кашель и шум воды.

– Есения? – жар совести и страха за неё налил голову. Встал с постели и, дойдя до дверей ванной комнаты, осторожно постучал. – Прости меня. Умоляю. Я… я не хотел…

– Всё н-нормально… – срывающимся голосом крикнула изнутри девушка. – Я в порядке.

– Еся, пожалуйста, открой, – дёрнул ручку, но в ответ услышал её испуганный вскрик.