Тридцать три несчастья. Том 3. Превратности судьбы

– Гуит, – пробормотала Солнышко, желая сказать «Они тоже нас не узнали».

– Да, – шепнул Клаус, – они принимают нас за двух женщин с напудренными лицами, переодетых ассистентами доктора Флакутоно, а не за двух детей, переодетых женщинами с напудренными лицами, которые переодеты ассистентами доктора Флакутоно.

– Прекратите шептаться про переодевания, – остановил их лысый. – Чего доброго, услышит кто-нибудь, и нам конец.

– Нам, а не Лоре В. Бледотей, – хихикнул крюкастый. – С тех самых пор, как ей удалось увернуться от брака с Маттатиасом, я прямо дождаться не мог, когда она попадется мне в крючья.

– Попалась! – выпалила Солнышко, старательно изображая хихиканье.

– Вот именно, попалась, – поддержал ее лысый. – Я уже дал ей наркоз, так что она без сознания. Осталось только доставить ее в операционную, а там – отпиливайте ей голову.

– Никак не могу понять, почему надо убивать ее на глазах у всех врачей, – пробурчал крюкастый.

– Чтобы это выглядело как несчастный случай, идиот, – огрызнулся лысый.

– Я не идиот. – Крюкастый остановился, сверля свирепым взглядом сообщника. – Я страдаю только физическим недостатком.

– Физический недостаток еще не признак ума, – возразил лысый.

– А если на тебе уродский парик, – нашелся крюкастый, – это не значит, что ты имеешь право меня оскорблять.

– Хватит пререкаться! – оборвал их Клаус. – Чем скорее прооперируем Лору В. Бледотей, тем скорее разбогатеем.

– Да! – выпалила Солнышко.

Злодеи уставились на Бодлеров, а затем с виноватым видом кивнули друг другу.

– Девушки правы, – сказал крюкастый. – Не следует вести себя так непрофессионально. Правда, времечко последние месяцы выдалось напряженное.

– Да уж, – вздохнул лысый. – Ловим, ловим сирот проклятых, а они в последнюю минуту вдруг выскальзывают у нас из рук. Давай сосредоточимся на работе, а выяснять наши личные проблемы будем потом, когда все закончим. Ну вот мы и пришли.

Замаскированная четверка дошла до конца коридора и очутилась перед дверью с надписью «Палата № 922».

– Вот она, – сказал он. – Наша маленькая спящая красавица.

Дверь отворилась с долгим жалобным скрипом, и дети вошли в небольшую квадратную комнату с плотными шторами на окнах, отчего в помещении царил полумрак. Но даже при этом тусклом свете дети разглядели свою сестру и чуть не ахнули от ее плачевного вида.