Трое в машине времени, не считая пушистого Атома

Наташа шагнула с порога и ВДРУГ УПАЛА!

Нет, странно было вовсе не то, что она упала, странно было, от чего она упала. У Наташи развязались шнурки. ШНУРКИ!

Может быть, вам покажется, что в этом ничего странного нет. Это потому, что вы не знаете Наташу.

Наташа – человек с характером. Она всегда говорит правду и на дух не переносит шнурки и пуговицы, считая их устаревшей деталью человеческого быта.

Я кинулся на помощь.

Лицо у Наташи сморщилось, из глаз брызнули слезы.

– У-у-у, как больно! – Она свирепо глянула на Петьку и прибавила: – Это всё из-за тебя, если бы я на тебя не посмотрела, то заметила бы, что шнурки развязались, и не упала бы.

Я, наверное, ногу сломала.

Петька не нашелся что сказать.

Я подвинул Наташе стул на колесиках.

– Очень больно?

– Безумно, – сказала Наташа и, усевшись, схватилась за ногу. – Ой, так не хочется идти в травму. Какая я неуклюжая!

– Это все шнурки. Просто ты в них ни разу не ходила, вот и не приспособилась. Все липучки да липучки…

– Какие еще липучки? – удивился Петька.

 – Ты что, вместо шнурков ботинки склеивала?

– Мне не до ваших шуток! – отрезала Наташа. – Я всегда шнурки носила. Или вы хотите, чтобы я шнурки пуговицами заменила?

– Наташка, ты что?.. – спросил я растерянно.

Но Наташа не ответила. Она стянула ботинок и сняла носок, три пальца на ноге были алые от ушиба.

Кот, воспользовавшись тем, что на него никто не обращает внимания, пригибаясь, словно под обстрелом, на полусогнутых лапах перебежал под стол.

Петя поднялся и, почесав затылок, изрек:

– У моего приятеля сосед знал одного человека, у которого дедушка по отцовской линии вывихнул ногу, а потом ее пришлось ампутировать!

У Наташи округлились глаза.

– Ампутировать?

Уж лучше бы он молчал! Все-таки Петька иногда как что-нибудь скажет, так не знаешь что и делать!

– Ничего никому не надо ампутировать, – решительно сказал я и посмотрел на Петьку так, что он смутился. – Мы сейчас же идем в институт, к моему отцу на работу.

У них есть в медпункте рентгеновский аппарат, там тебя просветят и увидят, что с костями.

– Какой аппарат? – переспросила Наташа.

– Рентгеновский.

– И что, он прямо кости просвечивает? – На лице Петьки появилось недоверие. Будто я ему рассказывал о какой-то магии.

– Ты что, ни разу флюорографию не делал?

– Какую еще флю-флю-графию? – вконец растерялся Петька.

– Не обращай внимания, – вставила Наташа.