Верная (не)верная: под крышкой лжи

Ужас перед неизбежным прорвали все плотины. – Сукин ты сын… Мразь! Ты сам сдохнешь! Я уничтожу тебя, падла! Сволочь!

Сознание скакнуло от новой пощёчины. Прокусила язык в кровь. Челюсть заныла. Солоноватый привкус наполнил рот.

– Герасим, прошу пусть она уйдёт, – голос Артёма где-то в подсознании. – Уведи её отсюда… Делай со мной, что хочешь, но не при ней. Умоляю… Не у неё на глазах.

Артём знает, что будет происходить дальше. Знает, чем для него это закончится. И всё равно до последнего пытается уберечь меня.

Визжащий звук пилы оглушил пространство, и я окончательно поняла, что увижу вскоре.

– Крис, отвернись… Не смотри, не слуш… – последнее утонуло в звуке непередаваемой боли, когда пила опустилась на ноги мужчины чуть выше колена.

Кровь брызнула в стороны, и мой крик взрезался в стены…

Села на постели, истошно крича. Мозг ещё не полностью осознал, что того ада больше нет, и всё произошедшее всего лишь теперь сон. Кошмар, который преследует меня почти каждую ночь. Липкий пот страха бежал по лбу и спине.

Тёмная душная комната пуста и хуже тюрьмы.

Всё успокойся. Тише! Несколько глубоких вдохов и выдохов выровняли моё состояние. Перевела дух, но тут же напряглась, определив неясный гул смеха и музыки. Где-то внизу. На первом этаже особняка.

Опять двадцать пять! Тихо зарычала и, вскочив с кровати, прямо в ночных шортах и майке устремилась на звук. Да, всё снова. Он вновь делает так, как ему хочется, демонстративно испытывая моё терпение. До поры, дорогой мой!

Вошла в гостиную, где гремела музыка и воняло алкоголем.

Женский игривый смех уже не знал запретов. Нашла ту самую точку моего готовящегося гнева. Увидев своего босса, его дружки тут же убрали музыку и поспешили ретироваться. С вами я потом разберусь. Сперва зачинщик.

Приблизилась к главной "Содом и Гоморре" и грубо рявкнула:

– Макс!

Три красотки, что держу в особняке в качестве подарочков и поощрений для мужчин в плане сексуальной разрядки, сейчас без разрешения заигрывали с главным бунтарём моей команды.

Девушки обернулись, глядя на меня ошалелыми и пьяными глазёнками.

– Ну вот, наши главные яйца пришли, – расстроенно пропел Максим Горелых, с сожалением убирая руки с грудей одной из красоток.

– Пошли все вон! – громыхнула я на присутствующих и одним взглядом велела зачинщику оставаться на месте.

В этот раз, красавчик, тебе мало не покажется.

Максим поправил ширинку и, сложив ногу на ногу, помахал убегающим девушкам.

– До свиданья… С-спас-сибо.