Сожги венец безбрачия

И потому ждал тебя, пока ты у дока была.

– Ищи Васю Пупкина, а не Есенина и Пушкина, – всплыли в памяти слова подруги Светки.

А ведь она в чем-то права. Может быть, моя беда действительно в том, что я ищу сложных? А с простыми легче. Он, конечно, не Матвей. Господи, почему я о нем подумала? Он мой психотерапевт. И никаких отношений, кроме деловых, между нами нет и быть не может. Нужно ответить что-то. Никита ждет на том конце линии.

– Ну ладно, – снисходительно произнесла я. – Даю шанс загладить вину.

– Отлично! – он обрадовался, как ребенок.

 – Можно прямо сейчас приехать?

Я взглянула на часы.

– Нет, что ты! Уже очень поздно. Завтра приходи на занятия утром. Ты же хотел испанский учить?

– Буду раньше всех, – пообещал он. – Спокойной ночи, принцесса! – в его голосе так бурлила радость, что я невольно улыбнулась.

– Буэнос ночес, эстудьенте!

– Ээээ… – протянул он.

– Спокойной ночи, ученик! – перевела я.

Забавный он, конечно. Такой большой и сильный мужик, но при этом простодушный.

И явно искренний. Конечно, радоваться рано. У меня всегда в начале отношений всё шоколадно. А потом шоколад превращается в субстанцию такого же цвета, но совершенно с другим амбре. Хотя попробовать определенно стоит.

Утром я приехала на работу. Никита уже ждал меня у входа с огромным букетом белых роз.

– Прости меня, учительница первая моя. Я – дурак. Правда. Мне очень стыдно, что поверил тупому малолетнему пранкеру с тик-током головного мозга, – Никита протянул мне букет.

 – Встал бы на колено, но с утра мышцу потянул в спортзале.

Этого еще не хватало! Вокруг коллеги, ученики.

– Не нужно на колено! – я поспешно схватила цветы. – Пойдем в аудиторию. Но сразу предупреждаю: поблажек в учебе не будет, так и знай.

– Нокаутируй меня, принцесса. Я заслужил. Даже закрываться не буду, – он широко раскинул руки, наклонился ко мне и подставил щеку так, чтобы мне было удобно бить.

– Физическое воздействие не мой метод, – я положила руку ему на грудь, заставляя выпрямиться.

Он вспыхнул и накрыл мою руку своей огромной лапищей. Чего это он так заалел, как красна девица? Неужели такой страстный, что и прикоснуться лишний раз нельзя? Сквозь тонкую белую футболку я почувствовала, как напряглись его железные мышцы. А его рука была горячей и какой-то до неприличия жадной.

Весь урок я ловила его внимательный взгляд. Пару раз даже ошибалась и запиналась. Никита неотрывно смотрел на меня и все время улыбался.