Тусовки 6 «Б»

– Ни слова правды, – отмахнулась мама. – Я вчера встретила в метро маму Нади-Сфинкс. Она рассказала, что Надя клянчит деньги на «Кузнечика» и ссылается на весь класс, а в первую очередь – на тебя. Она весь дом на уши поставила: «Агата уже купила билет! Весь класс идет, а я, как сирота-подкидыш. Не ходить на „Кузнечика“ просто неинтеллигентно!» Все вы обманщики, мама Агаты не любит вранья, забыла свое детство, наверное.

Агата не стала углубляться в проблему вранья – зачем мусолить эту невыгодную для нее тему? Инстинкт самосохранения у Агаты развит хорошо, она сказала:

– Сфинкс права.

– Прекрати, пожалуйста, я от тебя устала. – Мама взяла свою книгу и ушла в другую комнату – дала понять, что разговор окончен.

Все было ясно. Тогда Агата легла на тахту, стала смотреть в потолок и плакать очень жалобно и беззвучно. Слезы лились по щекам, некоторые попадали в уши и в рот. Они были соленые, от этого стало совсем жалко себя.

– Мама, у твоей дочки полные уши слез.

– Не дави на меня, – защищаться всегда труднее, чем нападать. Мама это знает. – Ты избаловалась и обнаглела, стыдно.

– Несчастный билет на несчастный концерт несчастного «Кузнечика»! Это наглость? Андрюшке из математического лицея купили иномарку! А Ленка-Моль болотная ходит в новом длинном черном пальто, английское, на любой сезон. И еще она носит маленькую черную шапочку, элегантную, она сказала. Они не избалованные, а я избалованная! – И Агата собралась громко зарыдать.

Но мама, услышав про элегантную шапочку, рассмеялась.

– Ленка выглядит жеманной и неестественной. А иномарку Андрею правда купили?

– Да! Да! Родители своих детей балуют! А я рыдаю из-за несчастного концерта в несчастном клубе «Ватрушка».

На самом деле мама понимала, что Агата немного притворяется – не такая она глупая, чтобы безумно страдать из-за какого-то «Кузнечика» в какой-то «Ватрушке». Но и Агата прекрасно понимала, что у мамы сердце не камень, и слезы в Агатиных ушах маму очень даже трогают, и все просьбы дочери не проходят мимо.

Мама пыталась вывести Агату на чистую воду, но делала это весело. Она отложила книгу и встала в дверях комнаты, где Агата продолжала страдать.

– Андрюше купили иномарку? Машину? Шестикласснику? – спросила она.

Мама внимательно смотрела на Агату. Сквозь тонкие бровки, ротик, сложенный сердечком, невинные глаза проглядывало самое наглое вранье.