Ты просто выйди

 – А сколько еще ехать?

– Устал, бедненький? – беспокоится тетя Женя.

– Просто вы говорили – недолго, а это было уже давно…

– Ну, я образно, – улыбнулась тетя Женя. – Давно бы уже доехали, если бы не пробки. Вон, опять сейчас встанем.

И мы встали в пробку.

И тетя Женя стала рассказывать мне про Чеснокова. Это, когда она училась с мамой в школе, был у них в классе местный красавец. И все девчонки за ним бегали. А Чесноков бегал только за мамой. Да, мама твоя (рассказывала тетя Женя) такая красивая была, что однажды на Восьмое марта все мальчишки принесли подарки только ей.

Ну, это еще в младших классах было. Когда мальчишки не знали, что подарки надо дарить не только тому, кто нравится, а всем. А то скандал будет.

Так и получилось. Был скандал, и девчонки объявили моей маме бойкот. Хотя она была не виновата, что мальчишки только ей подарили цветы и куклу. И вообще она была тихая как мышка. Вот и я в нее, наверное. Тоже тихий и молчаливый.

Да, девчонки объявили моей маме бойкот, и тогда тетя Женя ее пожалела.

И потихоньку стала с моей мамой общаться. Так и подружились.

– Я пошла против коллектива! – гордо сказала тетя Женя. – Это было нелегко… Ну, потом бойкот забылся, до старших классов… А в старших Чесноков вырос в такого красавца… И мама твоя ему понравилась.

– А он ей? – спросил я, чтобы совсем уж не молчать.

– Чесноков не мог не нравиться! – горячо откликнулась тетя Женя. – Вот тут опять все девчонки ее возненавидели. Хотя она, опять же, была не виновата! Человек же не виноват, что он красивый и привлекательный.

Ты со мной согласен?

– Угу…

– И даже я на маму обиделась тогда, чуть не поругалась с ней… Очень тяжело, когда мальчик, которого любишь, любит не тебя. И не просто не тебя – а твою лучшую подругу! Но потом школа закончилась. А потом Чесноков переехал с родителями в другой город, и мы его довольно быстро забыли.

– Угу.

– …И стали жить-поживать и добра наживать! – закончила тетя Женя. – Вот тебе и «угу»! На самом деле добра-то нажили – это я про себя, а так-то, в целом… – И она вздохнула.

 – Извини, я тебя не сильно гружу?

– Не-а, – соврал я.

– Это хорошо… А с Лехой, да, может, подру?житесь. Хорошо бы.

Пробка наконец «пробилась», и мы тронулись. Я ехал, смотрел по сторонам на лес и думал: чего я поехал? Куда? Леха какой-то, от рук отбившийся… Юлька-соседка… Муж этот тети-Женин, начальник… Зачем мне это все? Только чтобы Москву посмотреть? Я ее и в интернете посмотреть могу.