Тысяча и одна минута. Том 2

Так вот я к этому-то слово и молвил… какому же-мол тут толку быть?

И действительно: Парамон и парифм-то был хомяк-хомяком, а как зачала еще муштровать жена бойкая, то стал таким олухом, что хоть воду на нем вози; то есть, кажись, просто, обортай ему уздой голову, да скажи: ты-де конь! так он сам в оглобли впрягаться пойдет… Так беднягу загоняла жена, пусто ее!..

А еще и в том толк: что как там баба ни хитри дома, как ни економничай, что бы там из горшка лишний уполовник щей выгадать, да пожиже кашу сварить, что бы круп меньше шло, а если муж своего добра за избою не может сберечь, то скоро и в избе нечего будет поставить в печь!.

. Так вот и наш грешный Парамон, думая и дома и на пашне, и в овине и на току только про-жену одну, только размышляя ей угодить, не перечить бы словом да биту не быть, совсем растерялся сердяга умом-разумом: из страха, чтоб жена не бранила, что зерно будет сыро, два овина сжег; взабытьи насеял ржи к весне, а к зиме горох; а не знавши как дела поправить, призанял всего у соседей, что бы лишь жена ничего не проведала; пришло время отдать, денег нет, животами поплатился; да такими-сякими манерами не оставил у себя ни гроша в кошеле, ни зерна в земле, а животов всего на все осталось: лошаденка кляча, коровенка ростом с ягненка, бычишка не мудрый, да козел уже состаревшийся.

Баба-Матрена, хоть занималась себе хозяйством, спрядала льну – по две кудели в неделю, да ткала в год по холсту; она, видите, праздников больше будней насчитывала и всего чаще смышляла, как бы лучше понарядиться, да в люди явиться, – та к стало ей некогда и присмотреть было, что у мужа оставалось мало, да и то сплыло!.

.

II. От чего парамоновой жене захотелось новых чеботов

Раз, на селе, в большой праздник, в Семик, коли знаете, еще когда яишню пряженую готовят, да с березкой пляшут, да припевают:

Под липою стол стоит.

Под тем столом девица.

На девице…

Тьпфу! что я вру, не так бишь оно поется!.

. старость прихватила, все песни позапамятовал, да не в этом сила!

Ну так в этот-то большой праздник и дерни нелегкая старостиху Козминишну выдти в новых котах строченых хоровод водить…

Как увидела это Матрена Поликарповна, куда ее и веселье девалося и голову повесила, и лишни не ест, только искоса на мужа поглядывает; другие думают: что с ней стало? видно выпила мало; подносят вина.

«Матушка, Матрена Поликарповна! покорно прошу!..