Уалий

 – Самое время подкрепиться. Бутерброды с ветчиной и сыром уважаешь?

Подойдя ближе к обрыву, я остановился, не доходя несколько шагов до края, и посмотрел вниз. Руки у меня похолодели, и что-то защекотало в животе.

Делая вид, что не замечает моей нерешительности, и вообще не находит ничего необычного в происходящем, Тирр отвинтил крышку термоса и налил в нее горячий дымящийся чай.

– Только я пью без сахара, – сообщил он деловито. – Надеюсь, ты тоже. Потому что сахара у меня с собой нет.

Я продолжал топтаться на месте.

Идея Тирра устроить пикник на краю бездонной пропасти была безумием. Он вел себя непринужденно, но я знал, что ему тоже страшно. Как и мне. Я ничуть не сомневался в этом. И тем более безумной была его выходка. И ради чего? Испытать себя и меня? Тирр не оставлял мне выбора. Я должен был последовать за ним. Не сделать это означало оказаться трусом. А этого я допустить не мог. И Тирр знал это. И это злило меня. И еще больше меня злило то, что я все медлил и продолжал топтаться, в то время как он уже принялся за первый бутерброд, откусив большой кусок.

– Без сахара, так без сахара, – сказал я, усаживаясь рядом с Тирром и свешивая ноги вниз.

Тирр протянул мне бутерброд. Я заметил на его лице довольную улыбку. Он был рад тому, что я не струсил.

Еще четверть часа назад я мог думать только о еде – так я был голоден. А теперь мне стоило огромных усилий заставить себя жевать. При мысли, что я сижу на краю бездны сердце мое сжималось. Во рту все пересохло. Какой уж тут хороший аппетит? Я старался не смотреть вниз.

– Еще бутерброд? – вежливо предложил Тирр.

– Нет, спасибо. Я наелся.

– Какие густые облака! – сказал Тирр, указывая вниз. – Когда-нибудь видел такие?

Мысленно я в очередной раз пожалел, что связался с ним. Казалось, Тирру доставляло удовольствие щекотать себе нервы, а заодно и мне. И чего мне не сиделось дома? Собравшись с духом, я все же поглядел вниз.

В голове у меня закружилось. Непроизвольно я вцепился руками в каменные выступы скалы, где сидел.

Подо мной далеко внизу плыли облака, такие густые, что походили на бескрайнюю молочную реку, уносившую свои волнистые белые воды за самый горизонт. Вид был таким захватывающим, что я не мог оторвать взгляда. Все смотрел и смотрел. Страх не исчез бесследно. Я все время чувствовал его у себя в животе и на кончиках пальцев. Но страх более не сковывал меня.

– Как думаешь, что там внизу? – спросил я Тирра.

Он пожал плечами.

– Этого никто не знает.