Записки офис-менеджера, или Приключения Шапки. Любовный роман

Неписанная красота, скрытая под платьем с длиной, равной чтобы прикрыть полноту сверху и показать худые лодыжки, подчеркнуть тонкую талию и выставленную упругую грудь на ровной спинке с маленькими плечиками, которых касались отутюженные прямые каштановые волосы, неизменно накрашенные красным, словно пионерская звезда, губки-бантики, Рая Шапкина привлекала всеобщее внимание, как мужское, так и женское.

Но то, что делало ее по-настоящему звездой, – это внутренняя потрясающая сила, индивидуальность, которая перла от ее поразительного тела, жестов, слов, а главное, от ее большого женского сердца, куда вмещались все мужские сердца вселенной, жаждущие настоящей ласки и любви, самопожертвования, понимания и бездонной женственности.

Туда, к ней в объятия, они падали без оглядки, спотыкаясь о ее горящие разноцветные глаза, смотрящие из-под толстых линз.

Я не знаю, к каким аномалиям отнес бы дедушка Фрейд эту странную дикую тягу мужчин всех возрастов и мастей к Шапке, но от нее било током; они укладывались у ее ног штабелями.

Это правда!

Как-то мой молодой человек, с кем я встречалась в тот период, фыркнул в адрес Раи, находя ее образ уродливым и вульгарным, а поведение – пошлым и непристойным. На что я ответила, что если б Шапка не была такой принципиальной, никогда не распространяя свои чары на молодых людей своих подруг, он бы первым бежал за ее гипюровой юбкой, а потом орал, как ошалелый, на каждом углу о связи с самой желанной персоной нашего колхоза.

Молодой человек быстро испарился из моей жизни, но я почти уверена, что все сказанное являлось правдой.

Бывало, я звонила ей после очередного праздника или выхода в свет, крича в трубку:

– Ты озверела, Шапка?!

– Ты сошла сума, Рая?!

– Ты охренела вконец, Шапкина?! Ты чего творишь?!

Всегда-всегда она спокойно-преспокойно брала трубку и медленно своим тонким девчачьим голоском интересовалась, что могло меня так раздосадовать. Во мне кипела злость, перемешанная завистью к ее раздольному свободному характеру, позволяющему себе быть собой, а другим – продолжать оставаться другими и, приукрашивая детали и преувеличивая масштаб, я пересказывала приключения накануне, ввергая ее в шок и смятение… Мы были лучшими подругами, и никогда до и заодно после у меня не получилось найти такую родную, такую незабываемую душу, что хранилась в тщедушном теле Раи Шапкиной.

Моей дорогой Раи.