Удивительные дети (сборник)

Денька через два, конечно, дело сложнее будет. А сейчас… – он присвистнул, – шагай за мной!

– И обедать можно, никто не узнает? – спросил я.

– Тут сложней, – сказал он, – а ты есть, что ли, захотел?

– Да нет. Я просто так…

– Да брось ты стесняться, шагай за мной!

Я всё его уверял, что ел недавно, а он меня и слушать не хотел.

Я возле кухни остался, а он прямо в кухню пошёл. Выходит вместе с поваром, а в руке у него капустная кочерыжка.

– Погрызи, – говорит, – чтоб голодным не ходить.

– Да вовсе я не голодный, – говорю.

– Да ты грызи, чего ты ломаешься. – И суёт мне эту кочерыжку. Да я её и вправду не хотел.

– Грызи, грызи, – говорит повар, – а мало будет, за новой кочерыжкой приходи.

Санька радостно говорит:

– У них там кочерыжек – видимо-невидимо!

И к повару обращается:

– Новенький, понимаете, только что прибыл, запоздал маленько, а есть хочется ребёнку, – и мне моргает, чтобы я молчал.

– Ишь ты! – говорит повар. – Может, котлету тебе вынести?

Повар пошёл за котлетой, а я ему вслед закричал, что никакой котлеты мне не надо, но он всё-таки вынес мне хлеб с котлетой и ушёл, потому что у него каша могла подгореть.

– Знакомый? – спросил я.

– А как же! Знакомый! Котлету ведь дал. Ты мне-то дай половину.

Я ему хотел всё отдать, а он взял половину, откусил и говорит:

– Вкусная котлета!

Я тоже стал есть, и котлета мне тоже понравилась.

Он себе полный рот котлетой набил и говорит:

– Не наешься… пойдём… ещё котлету попросим… нас двое, скажем, а котлету нам одну дали… Знаешь, я какую пословицу придумал? «Тот, кто много ест, никогда не пойдёт на тот свет».

– Да ну тебя, не надо мне никаких котлет!

– Как это так – не надо? Два человека одну котлету едят – это же форменное безобразие!

Я и оглянуться не успел, как он ещё одну котлету притащил. Я никак не хотел у него половину брать, так он мне её просто насильно всучил и всё свою пословицу повторял.

– А за кочерыжками ты можешь всегда приходить, – сказал Санька, дожёвывая котлету.

– Не надо мне кочерыжек, – сказал я. – Терпеть я не могу эти кочерыжки!

– Ну не надо так не надо, – сказал Санька. Он вздохнул. – Я, понимаешь, никогда не знаю, когда я наелся, всё ем, ем, пока живот, как мяч, не надуется.

Вышел повар с ведром кочерыжек.