Улица, улица, улица родная… Пятиклассники

Конечно, полностью все исправить было не в наших силах. Следы от стрел явно выделялись на лакированной поверхности. Тут уж ничего не поделаешь. Придется все оставить так, как есть.

Часы пробили два. Пора в школу.

Мы засуетились.

Я схватил ранец, закинул его за спину и рванулся к двери.

– Юрка, стой, – Валерка ухватил меня руку.

– Что такое?

– Ты что, так и собрался в школу в раскраске идти?

Чтоб тебя, совсем забыл. Наперегонки мы бросились в ванную. Принялись усиленно тереть щеки. Вода с лица текла красная, словно напитанная кровью.

Основная масса краски смылась достаточно быстро. Но… как много в этом «но»… Акварель плотно впиталась в кожу. Как мы ни старались, бледно-розовые полосы окончательно так и не удалились. Куда деваться? Торчать дома дольше – бесполезная трата времени, которое и так уже поджимало. Еще немного, и мы опоздаем…

Пойдем так, как есть. Может никто не заметит. Тем более, что полосы почти не заметны…

Мы со всей возможной быстротой побежали в школу…

* * *

Первым, кого я встретил, придя в класс, была Наташа Неволина.

Она окинула меня странным недоуменным взглядом. Неужели заметила остатки боевой раскраски. Вот невезуха. Что она обо мне подумает?

– Ну, ну, – усмехаясь подошел ко мне Пашка Медведев, – что это?

Нужно было как-то перевести тему разговора.

– Не знаешь, – брякнул я первое, что пришло мне в голову, – сколько человек в когорте?

– Чего? – опешил Пашка.

– Не знаешь? – как можно искренней проговорил я, – О чем тогда с тобой разговаривать? – и независимой походкой двинулся к своему месту.

Пашка остался в недоумении. Что-то вполголоса проговорил Крекеру. Тот задумчиво посмотрел в мою сторону.

Под их перекрестными взорами я тяжело опустился на свое место. Положил руки на парту и опустил в ладони лицо.

Краем глаза заметил, как моя соседка Иринка обернулась к Наташе, и они принялись о чем-то оживленно беседовать.

Прозвенел звонок. Начался урок.

Третья подруга Наташи и Ирины – Лена передала Ирине записку.

Иринка осторожно развернула записку.

Перед моими глазами мелькнуло в записке непонятное слово ТКМЕЗУЕ…

Чем-то неуловимо знакомым повеяло от этого странного слова…

Украдкой я взглянул на Наташу – может что и прояснится…

…Ничего…

Мысленно я представил Наташу в индейской одежде. И до того это сочетание показалось мне органичным, что поневоле залюбовался…

* * *

…Наконец, уроки кончились.

Я направился домой.

На улице быстро темнело.