Уоррен XIII и Всевидящее Око

Аннаконда ткнула острием ему в грудь, едва не проткнув рубашку.

– Этот зуб развяжет тебе язык! – сказала Аннаконда и надавила сильнее. Уоррен задрожал, но не поддался, и Аннаконда увидела, что упрямого племянничка не переубедить. Тогда она спрятала зуб в карман, но разговор еще не был окончен. – Я хочу получить все страницы, Уоррен. Так что давай, соображай, куда они могли подеваться.

– Как я могу ответить, если я не знаю?

– Ну что ж, ночь в бойлерной освежит твою память.

Кровь отхлынула от лица Уоррена.

Из всех изобретенных Аннакондой наказаний это было, несомненно, худшее. Хуже, чем в тот раз, когда она велела ему распутать все узлы в ее мерзкой коллекции украшений. Хуже, чем когда она заставила его начистить собственной слюной 203 пары ее вонючих туфель. Бойлерная была единственным местом в отеле, где Уоррену взаправду становилось страшно: темное, сырое, тесное помещение, куда ему вовсе не хотелось попасть.

– Шагай! – велела Аннаконда, ухватив Уоррена за ворот, и потащила его вниз по лестнице.

Распахнула тяжелую металлическую дверь – ох, как она заскриииипеееела, – и, втолкнув Уоррена внутрь, наглухо захлопнула ее. Окруженный со всех сторон темнотой Уоррен услышал, как тетя задвигает засов.

Он замолотил в дверь кулачками:

– Выпустите меня!

– Утром вернусь! – весело отозвалась Аннаконда. – Надеюсь, ты выспишься и память вернется к тебе.

И ее каблуки заклацали, удаляясь.

– Вернитесь! – кричал ей вслед Уоррен. – Не бросайте меня тут!

Он лупил дверь, пока не заболели кулаки, потом пнул ее – толку-то, ушиб палец на ноге.

Скорчился на полу, баюкая пострадавшую ногу и вздрагивая от боли.

Совсем один.

Уоррен сел, обхватил руками коленки и опустил голову на руки; сердце часто билось от страха и гнева. Долго он так сидел, оцепенев, пока глухой рокот не вынудил его поднять голову. Старый бойлер ожил. Сквозь металлические щели сверкало пламя, бойлерную залил яркий оранжевый свет. Уоррен огляделся по сторонам.

Помещение было тесное и почти пустое, лишь по задней стене и потолку тянулись, переплетаясь, трубы, по которым тепло доставлялось во все уголки отеля.

На противоположной стене висели медные колокольчики на шнурах, тоже уходивших в потолок. Уоррен знал: когда-то в подвальных помещениях жили слуги, и постояльцы вызывали их в номер, дергая за шнур колокольчика. Но после того как отец Уоррена установил современное переговорное устрой ство, колокольчиками пользоваться перестали.