Она спрятала сердце в куклу

Однако моему удивлению не было предела, когда я заметила, что двигающиеся фигуры зверей вовсе не пугали всю эту компанию: те по-прежнему смеялись и громко разговаривали, порой уступая дорогу тигру или обходя огромного хохлатого льва. Звери тоже не особо обращали на них внимание. Две реальности, соприкасаясь, двигались по своим траекториям, не мешая друг другу. И чем больше они приближались, тем отчетливее я стала понимать, зачем они пришли. А точнее, кого они искали.

Моя новая знакомая больше не шевелилась, она, казалось, наоборот превратилась в статую.

На лице отобразился такой ужас, что оно стало не просто бледным, а белым, как тот туман, что столкнул нас. Мне кажется, если бы она сейчас упала, она разбилась бы на осколки, словно мраморное изваяние.

Животные при приближении к нам тоже изменялись: шерсть их вставала дыбом, хвосты выкручивали нервные зигзаги. Взгляды хищников становились черными и приобретали странный гипнотический блеск, устремляясь все в одном направлении, сосредоточиваясь на одной точке.

В этих агатовых блестящих шарах я увидела бледную тонкую женскую фигуру, застывшую в оцепенении, и маленькую желтую куклу, ухватившуюся за подол ее платья. Люди в белых одеждах будто не замечали происходящего; более того, они стали удаляться в глубь Леса и, словно призраки, на глазах таяли в воздухе.

Новые гости все еще прибывали, становясь во второй круг цепи. Снизу мне было трудно сосчитать, сколько их, я видела только стену из разномастных шкур.

Огромные косматые головы открывали свои страшные пасти в реве и рыке.

Молодая женщина более не двигалась. Безысходность сковала все ее существо, и только этот горящий взгляд, в котором отражались опасные гигантские воплощения всех ее страхов, которые настигли ее все и сразу, только он выдавал признаки жизни.

Наконец мы были полностью оцеплены разношерстными представителями семейства кошачьих: африканскими и азиатскими львами, бенгальскими и гималайскими тиграми всех мастей, черными пантерами и прочими.

И теперь ей уже было не убежать. Это было понятно по довольным кивкам гривами и реву ожидающих расправы хищников. Я смотрела на нее и не знала, чем помочь. Секунды становились невыносимо долгими, минуты были похожи на вечность. Эта остановка времени уже была мне знакома, и чей-то неожиданный рык повис в воздухе.