Нефертум. Запретная звезда

Да, он был даже немного восхищен мужеством этой девушки, и да, ее рассказ вполне мог растрогать кого угодно. Только вот Атис не верил ни слезливым байкам, ни женщинам. Да и зарождающаяся головная боль лишь мешала проникнуться всеми ужасами существования в Джак-Джуке.

Он наклонился так, чтобы их морды оказались на одном уровне, и произнес:

– Если я назначу вас туда, куда вы просили, значит, Йоруну придется искать нового огневика. И где же мне его взять? – Вечерница не выдержала его взгляда и понурила голову.

 – Не знаете? Может быть, у вас есть какие-то мысли по этому поводу? Может, подскажете мне, как защищать Йорун без участия магов?

– Нет, минейр, – тихо ответила она, так и не поднимая глаз.

– И я, увы, не знаю, – наместник выпрямился. – Как только вы найдете этот удивительный способ, приходите ко мне, я с радостью выслушаю. А пока доброй ночи, Вечерница.

– Неужели для вас нет ничего святого? – со слезами в голосе спросила она.

– Долг для меня свят, – отозвался Атис, направляясь к жилым корпусам.

 – Долг, и ничего кроме.

Он был почти у лестницы, как за спиной раздались хлопки крыльев. Наместник не придал этому значения. «Улетела», – мелькнула вялая мысль, ведь Атис уже думал лишь о травяном чае, который заварит, и о том, как хочется поскорее стряхнуть с ног туфли. Встреча с Вечерницей уже выветрилась у него из головы, словно полуденный сон, однако то, что случилось после, он запомнил на всю оставшуюся жизнь.

Сперва до него донесся взмах крыльев, совсем близко, затем его обдал сквозняк, и лишь потом в спину что-то стукнуло, словно ударил кожаный мяч.

Когти Гиоры зацепились за его сутану, и прежде, чем он успел что-либо сделать, боль пронзила правое плечо. Атис зашипел, отмахнулся, но пальцы нащупали гладкую шерсть Вечерницы, рыло и кожу на морде. Она повисла на нем, как собака на медведе, и с каждым мигом боль становилась все сильнее и сильнее.

– Ах ты ж!.. – закричал он и попытался оторвать от себя Вечерницу.

Наместник не мог уйти в тень, не мог сбросить эту тварь, лишь оцарапал ей морду, закричал и со всей силы ударил о стену.

От этого мышь взвизгнула и наконец разжала хватку. Из прокушенного плеча быстро появилась кровь, и тонкая ткань сутаны промокла почти насквозь, но Атису было уже все равно. Теперь он разозлился по-настоящему, и гнев его был страшен.

Темная звезда, что жила у него под сердцем, остыла до космического холода, ледяная магия прыснула в кровь.