Уши вверх!

 – У неё просто горы всякого хлама!

Теперь в разговор включились остальные звери и наперебой начали рассказывать Флопсон всё, что им было известно об этой загадочной де Винтер. Из всего бессвязного потока слов Флопсон поняла лишь одно: эта дама жила на окраине парка, возле ботанического сада и собирала мусор.

– А когда вы приносите этой де Винтер мусор, что вы получаете взамен? – спросила Флопсон.

– Всё, что необходимо, – ответила тётя Рита.

– У неё есть просто всё на свете! – воскликнул Фридолин.

– Или тебе необходим старый, тёплый носок на зиму, – добавила тётя Рита. – Это у неё тоже есть.

– Или же кукольный рюкзак, – поддакнул Джек, взглядом указывая на свой рюкзак. – Думаешь, откуда он у меня?

– А твоя чёрная повязка? – спросил Фридолин. – Она у тебя тоже от Старьёвщицы?

– А вот это тебя не касается! – огрызнулся Джек. Он ненавидел, когда кто-то спрашивал его о чёрной повязке.

– Есть вероятность, что эта де Винтер имеет какое-то отношение к исчезновению тёти Мони и дяди Олафа? – Флопсон вопросительно посмотрела на кроликов.

– Я уже высказала своё мнение! – уверенно сказала тётя Рита. – Это были мыши! – Она упрямо сжала лапы в кулачки.

Флопсон и Майли переглянулись и закатили глаза. Снова она со своими мышами! Да сколько же можно! И без этого уже понятно, что тётя Рита ненавидит мышей. Но подозревать, а тем более обвинять кого-то, не имея никаких доказательств, – это, по меньшей мере, неправильно.

Чтобы перевести тему, Флопсон упёрлась лапами в бока и возмущённо повернулась к кустам.

– Кто-то должен сказать людям, что пора убрать это свинство в кустах! – воскликнула она. – Это же уму непостижимо!

Но остальные звери лишь отмахнулись.

– Ты шутишь? – пробурчал Джек. – Это же не только тут. Везде одно и то же…

– Да ты что? – Флопсон изумлённо вытаращила глаза. – Честно?

– А ты что, не знала? – не менее изумлённо воскликнул дядя Руди.

Ну хватит! Надоело уже! У Флопсон лопнуло терпение.

– Нет!!! – заорала она. – Не знаю! Если бы знала, я, наверное, не спрашивала бы, или? Да, я выросла не в городе, а в квартире. В клетке, если вам угодно! И единственное животное, с которым я общалась до недавнего времени, был мой любимый тенрек Тьялле. Я почти ничего не знаю о жизни других городских животных.