Феликс, Нэт и Ника и теоретически возможная катастрофа

За окном проехал трамвай, и весь дом задрожал.

– Действительно трудно доказать, что чего-то не делал, – через некоторое время произнес Нэт. – Это нечестно!

– Если я могу уже вернуться, – отозвался Манфред, – то хотел бы заметить, что ваш разговор свернул не туда.

– Это почему?

– Вы, как всегда, не хотите меня слушать. В то же время я владею определенными материалами, которые могут изменить ваш взгляд на это дело. У меня есть запись, что происходило в кабинете директора.

Все трое посмотрели на компьютер.

– И ты только сейчас об этом говоришь? – спросил Нэт.

– Я пытался раньше, но ты сказал мне отключиться. И только минуту назад я поговорил с той моей версией, которая рассказала про ваши проблемы. Я же не должен напоминать, что одновременно присутствую в нескольких местах? Я на ноутбуке не знаю, что я делаю на твоем домашнем компьютере. То есть знаю, но лишь после синхронизации.

– А Ромашка пытался взломать тебя?

– Да, но я его отговорил. Словесно. Казалось, это выбило его из колеи… Он оставил компьютер на столе, поэтому я все видел.

Звук не записывал, чтобы не тратить место. Хочу тебе напомнить, что ты набросал столько мр3 файлов, что мне развернуться негде. Я чувствую себя так, будто живу на заваленном хламом складе. Залезь когда-нибудь в забитый шкаф и почувствуешь, как это приятно.

– Хорошо-хорошо. Что-то с этим сделаю.

– Как помню, ты всегда так говоришь. И к слову, я удалил несколько игр.

– Да ты что…

– Я понял, что это дело важнее.

Первые несколько минут на экране было видно Ромашку, который пытался что-то набирать на клавиатуре.

При этом он высовывал язык, как ребенок, который строит что-то замысловатое из кубиков. Было заметно, что он все больше бесится. Он что-то говорил компьютеру, но неизвестно что именно. Потом Манфред перемотал фильм до момента, когда в кабинет зашла высокая девочка с рыжими волосами, одетая в черную юбку и белую блузку. Она выглядела старше, чем ученица гимназии.

– Звук нужно было записать… – буркнул Нэт. – Неизвестно, что она говорит.

– Замечу, что вы не соизволили проинформировать меня о своих проблемах, – в голосе Манфреда была обида. – Я записал это из-за обычного любопытства. Я размышлял, что я делаю в кабинете директора.

– Извини, – сказала Ника. – Это все случилось так быстро.

Девочка на экране попрощалась с Ромашкой и вышла. Директор казался грустным. Он сел на диван и уставился в стену, не шевелясь.

– И сколько он так будет сидеть? – через минуту спросил Нэт.