Феноменальный П. Т. Гелиодор

 – Он приходил первым на скачках в Ньюмаркете, потом трижды в Солсбери – это всё в Англии. И потом два раза подряд в Хенрайко – это уже в Америке, штат Виргиния.

Девочка не ответила, продолжая протягивать Отто сено. Но Отто явно не проголодался.

– Скачки – это такие лошадиные соревнования, – пояснил П. Т.

Некоторое время они молчали: девочка наблюдала за лошадьми, П. Т. делал вид, что работает.

– Может, поднапряжёшься, молодой человек? – сказал наконец Гидеон. – Так ты меня только щекочешь. Нужно тереть со всей силы, чёрт побери!

П.

– Ты прав, извини!

– За что извинить? – спросила Пушинка. Если её волосы были зелёными, а сапожки розовыми, то голос, чистый, почти звенящий, цветом напоминал прозрачную воду. Она говорила, смущенно потупившись, не глядя на П. Т.

– Это я не тебе, это ему, – ответил П. Т. непринуждённо, как нечто самой собой разумеющееся, словно каждый скаковой конь кентуккийской породы запросто может говорить.

Пушинка только смущенно улыбнулась в ответ.

– Я знаю, это может показаться странным, но, уверяю тебя, – настаивал П. Т., – Гидеон разговаривает! По крайней мере, со мной.

– Гидеон?

– Да, так его зовут. А меня – П. Т. А ты Алиса, да?

Алиса равнодушно пожала плечами и отвернулась, пытаясь соблазнить Отто пучком сена.

– А я не отказался бы от сена, – сказал Гидеон.

– А Гидеон не отказался бы от сена, – повторил за ним П. Т.

– Это он сам тебе сказал? – спросила Алиса, явно в шутку.

– Ага.

Пушинка поднесла пучок к морде Гидеона, который ухватил сено губами и съел с большим аппетитом.

– Видишь? – довольно произнёс П. Т.

– Он хочет ещё? – спросила Алиса.

– Нет, спасибо, – ответил Гидеон.

– Нет, спасибо, – передал П. Т.

Алиса собрала ещё сена и поднесла ко рту Гидеона, но тот отвернулся, вежливо отказываясь.

– Видишь? – повторил П. Т.

– Это ничего не доказывает.

– Как скажешь.

В роще поднялся ветер, и к тихому ржанью и цоканью лошадиных копыт добавился влетавший в конюшню шелест листьев.

П. Т. остановился и прислушался. Хотелось, чтобы этот идеальный, неповторимый момент длился вечно.

– Я видел, как ты вчера летала, – наконец сказал он.

Она кивнула.

– Я всего лишь танцевала.

– Ты летала. Ты парила в воздухе. Я видел.

– Да, но я просто танцевала.

– Как бы там ни было, у тебя отлично получается.

– Откуда тебе знать?

– Просто знаю.