Рожденный Богом

Тело мелко подрагивало, а руки, лежащие на коленях, начали чертить на брюках какие-то символы. Воздух в квартире уплотнился до состояния киселя, свет начал быстро мигать, стены пошли трещинами, что поползли вверх, на потолок. Доктор приподнялся над скамейкой, тело буквально ходило из стороны в сторону – так его начало трясти. Пальцы все быстрее чертили древние знаки, но теперь в воздухе, где они появлялись черным дымом, что сразу, же таял. Раздался треск и потолок рухнул, обнажая голубое небо, которое тут же заволокли черные тучи и яркие молнии разрезали его на куски.

– Все хорошо, – выдохнул Родов. – Они возвращаются, – сообщил он, на секунду закрыв глаза и открыв их уже нормальными.

Петр Михайлович отер выступившую испарину и посмотрел на Власия.

– Спасибо. Извини, что приходиться тебя просить об этом, когда Баюна нет.

– Ничего… Нормально. Я сам за Лелю беспокоюсь.

Доктор посмотрел на целую квартиру, которая нисколько не изменилась, пока он был в трансе.

На чуть дрожащие от напряжения пальцы, которые пришлось сжать в кулак, чтобы немного успокоить. Заглядывать сквозь время дело очень сложное, особенно если пытаешься узнать будущее. Родов это умел, но пользовался такой возможностью крайне редко. Он бы никогда это не делал, если бы испытывал, хоть десятую часть той боли, что сопровождает эту способность. Гамаюн-птица легче проникает во время, поэтому Власий пользовался ее услугами, но вчера Баюн улетел и когда он вернется неизвестно. А тут еще этот нервный звонок.

– Выпей, – принес Волосов с кухни чашку настоя.

– Спасибо.

Черная как смола жидкость освежала и придавала сил, стоило только ее выпить, ведь вкус у нее как у свежесобранной смолы.

– Я пойду к себе, надо Лелю встретить и Ладу успокоить.

Родов открыл дверь и первое, что увидел ошарашенное лицо.

Илья все никак не мог отделаться от картинки, что он увидел.

Когда встревоженная Леля позвала его, он ринулся к ним и на очень долгую секунду увидел… или все же показалось?

Вместо Лели стояла какая-то девчонка лет восемнадцати: на голове венок из полевых цветов, золотистые волосы рассыпаны по плечам и опускаются к поясу, в руках она держит ромашку, и одета с легкое светло-зеленое платье, что для этой погоды явно не подходит, к тому же учитывая, что девушка стояла босиком.