Посвящение

? Есть какие-нибудь зацепки относительно пола или возраста преступника, товарищ полковник?

? Мы предполагаем, что убийца ? мужчина 25-30 лет, ростом выше среднего. Это все, о чем можно сейчас сказать.

? Есть ли вероятность, что преступников могло быть несколько? ? не отставала репортерша.

? Это возможно, ? утвердительно кивнул полицейский, а затем, его серьезное, испещренное мелкими морщинками лицо повернулось, и, посмотрев прямо в камеру, он твердо заявил, ? Если кто-то располагает хоть какой-нибудь информацией, то внизу указан номер, по которому можно связаться с нашими сотрудниками.

Чтобы не случилось, мы вычислим этого подонка, и привлечем к ответственности! Я лично буду принимать участие в расследовании этого… зверского преступления.

? Спасибо большое за предоставленную нашему каналу информацию, Алексей Михайлович.

Мужчина скрылся из зоны обзора телекамер, а молодая репортерша «отчеканила»:

? Полковник московского УВД по центральному району ? Алексей Ковалевский, специально для нашего телеканала.

? Интересно, кому так сильно не угодил этот парень, если ему продырявили грудь, а затем еще и подожгли? ? пробормотал Анджей, и выключил телевизор.

Я, сделав глубокий вдох, все же смогла сдержать подкатившую к горлу тошноту, и, поднявшись, протянула ему зажатую в руке заколку:

? Вот это лежало у тебя на тумбочке. Надеюсь, ты не рассердишься, что она побывала у меня в волосах…

Анджей замер.

На секунду мне показалось, что его глаза как-то преобразились. Как будто стали темнее.

? Ты в порядке? ? спросила я приглядываясь. ? По-моему, у тебя что-то с глазами. Дай я посмотрю, вдруг это глазная инфекция! В городе сейчас так сухо и пыльно…

Я наклонилась, и протянула руки к его лицу, но Анджей резво вскочил с дивана и схватил меня за кисти, отчего заколка вылетела, и звонко стукнулась об паркет:

? Я в полном порядке! Не нужно ничего проверять…

? Я просто хотела помочь тебе.

Анджей закрыл глаза, сделал глубокий вдох, а затем, снова открыл. Сейчас его радужки уже не казались мне такими уж странными и темными.

Разжав пальцы, он опустился на колени, и, подняв заколку с пола, пробормотал:

? Это принадлежало моей матери. Бабушка и дедушка были бедны, и это все, что она получила в подарок на свое восемнадцатилетие, которое отпраздновала за несколько дней до своего отъезда в Австрию.