Заклятие

? Ну, что ж… ? тихо протянула она. ? В таком случае, рада была пообщаться. Мне тоже уже пора…

Ливанка резко поднялась и также принялась собирать свою, почти нетронутую еду, на поднос.

Я глубоко вздохнула и предложила.

? Давай сделаем так, ? я быстро просчитала в голове наилучшие варианты, ? Если ты не сильно торопишься, то мы могли бы вместе дойти до деканата, а по пути я могла бы все тебе рассказать.

Повисла очередная пауза. Ясмин пристально на меня смотрела, очевидно, изо всех сил пытаясь понять, есть ли в моих словах подвох или нет.

? А если ты уж совсем «не против», то можешь немного подождать в приемной, пока я разберусь со всей этой учебной скукотой. Не думаю, что это займет много времени. Потом мы могли бы вместе добраться до стоянки. Ты на машине?

Девушка отрицательно помотала головой, но огонь радости в ее глазах мигом «вспыхнул» с новой силой. Кажется, она действительно подумала, что это был наш первый и последний разговор.

? Нет, у вас очень оживленное движение.

Мне удобнее передвигаться на метро. К тому же, оно здесь невероятно красивое…

? Тогда идем?

? Идем! ? радостно отозвалась Ясмин. ? У меня с собой есть вот это…

Ливанка запустила руку в свой стильный кожаный рюкзак от «Луи Витона» и вытащила оттуда томик «Анны Карениной».

? Кажется, ты практикуешь язык каждую свободную минуту, ? с похвалой в голосе объявила я, и мы вместе отправились относить подносы в специальное окошко перед мойкой.

По дороге я немного успела рассказать Ясмин о себе и ребятах.

Она слушала с удовольствием и задавала много вопросов. Каждый раз, когда я отвечала, на щеках девушки снова и снова проступали миловидные ямочки. Было абсолютно очевидно, что ей уже долгое время не хватало простого человеческого общения со сверстниками, и думаю, что именно поэтому она также с большой радостью не только делилась фактами из своей жизни, но и с удовольствием слушала меня.

Я узнала, что старших братьев Ясмин звали Салих и Амир.

Салих был инженером в фирме отца Ясмин, а Амир ? физиком, и сейчас работал в Швейцарии, в ЦЕРНе. Мама Ясмин умерла от осложнений после воспаления легких, и она долго не могла прийти в себя после произошедшего, находя утешение в книгах и в изучении языков. Норвегия была ее первой «большой страстью», и к шестнадцати годам Ясмин уже начала бегло говорить на этом непонятном для меня языке, читая в оригинале творения своего любимого Ю Несбё.