Острые шипы и темные души

Это оказалась та шедшая позади Эмили девочка.

– Алесса, как у тебя дела? А не рано ли винцо… – обратилась и шуткой сказала расположенная к данному человеку Беатрис.

Девочка заулыбалась накрашенными красным цветом устами. Щечки ее также отливали здоровым розовым оттенком на аристократично белом гладком лице без единой складочки или бугорка. Хоть и по возрасту она была еще мала, но внешний вид намекал на другое… возможно, девочка хотела соответствовать взрослым и скорее вырасти, чего в детстве многие желают и начинают подражать.

– Не рано… уже семь вечера… папа говорит, что выпить бокал вина перед трапезой – это святое дело… – вроде как отшутилась Алесса, но при этом с нотками колючести и даже некоего показа своего нрава, который, судя по всему, весьма непрост.

Мэделин обратила внимание на деловую девочку, ее красные губы сразу бросились в глаза, платье ее было из шелка темного, почти черного цвета, как и блестящие жгуче-черные густые локоны, частью выпущенные из прически.

Едва заметную, еще растущую грудь подчеркивало декольте. Бровки «домиком» умело извивались в показе эмоций, особенно колких, и своей формой еще больше наводили на мысль об эксцентричном нраве. Мэделин подметила странное для себя желание юной выделиться из толпы.

– Мэдди, иди познакомься с дочерью мистера Верджила, – обратилась Беатрис, намереваясь отвести подружку подальше от больной Эмили.

Она же тоже повернулась в сторону Алессы и спокойно, с благодатным настроем поделилась:

– Эту очередную чудесную книгу мне подарила Алессандра, у них большая библиотека, и им столько не нужно чтива, а я зануда, обожаю читать где угодно и когда угодно… быть может, вместо трапезы я уединюсь в креслице и начну новую книгу прямо сейчас…

Забавная речь Эмили почему-то тронула Мэделин, она это сказала столь искренне и по-доброму, возникло стойкое ощущение, что данный человек является хорошим, с простым и открытым характером, совершенно несравнимым с той же Алессой, хоть та еще и дитя.

Девочка как раз взглянула на новую гостью своим остреньким взглядом с приподнятой бровкой, остренький же ровный носик слегка поднялся вместе с головой, что вполне могло расцениваться как намек на амбициозность или вовсе неприступность. Ее черты лица были аккуратными и правильными, девочкой она была красивой.

– Прошу вас, Мэделин, приезжайте к нам в гости, я буду очень рада, – любезно пригласила Эмили перед уходом.