Прекрасный жасмин и Неукротимый ветер

– Своей рабыне ведь больше ничего не велела сделать Аниша джи, так что иди отдыхай, – добавила ей с отправкой подальше Мирэя.

Чуи выглянула из-за сундука и улыбнулась. Подруга Ритики позвала ее выйти в сад и остыть. Обе пошли, Ритика бросила злой взгляд на Мирэю. К ней подошла познакомиться Джая, последовала Чуи. Обе похвалили новоприбывшую за смелость и поинтересовались, откуда чужеземка знает язык. Мирэя не стала долго объяснять и лишь сказала, что в ее доме жила индианка и учила ее.

Чуть позже девушка вспомнила, что Аниша позволяла ходить по дворцу, а значит выйти все-таки можно… Она сделала спокойный вид и вновь направилась по коридору до стражников.

Они перегородили ей дорогу, Мирэя сообщила слова Аниши, мужчины ответили, что в курсе, однако именно ей Аниша джи запретила куда-либо выходить.

– Вот дрянь! – выругалась на португальском Мирэя.

Пришлось вернуться.

На срезанной пряди завистливая Аниша не остановилась. Позже она пришла с помощницами, у одной была палка.

– За провинности и плохое поведение у нас принято наказывать, – сказала женщина. – Ты провинилась и к тому же оскорбила других наложниц раджи, чего делать нельзя, поэтому нам придется тебя наказать…

Анише уже донесли о знании белокожей их языка, поэтому она перестала общаться на английском. Старшая велела ей лечь и выставить ступни, по которым собиралась нанести удары палкой. Вновь начался переполох, Мирэя в протест кинула к ногам Аниши стеклянную лампу, которая разбилась.

Старшая даже отскочила, совершенно не ожидая подобного поступка.

– Двадцать ударов! – воскликнула она.

Помощницы направились к Мирэе, как вдруг в двери вошла зрелая дама. Она была упитанной, с небольшими щеками, длинный нос, чуть расширенный к низу, вид в целом безулыбчивый и важный. Однако во взгляде все равно пробивалось нечто приятное и доброе, почему-то так сразу показалось заметившей ее Мирэе. Сначала девушка подумала, что это начальница Аниши, уж больно вольно она вошла и выказала барственность.

Тело ее было полностью покрыто полотном через плечо и спадало вниз за спиной. Был виден один рукав от кофточки почти до локтя. На шее сверкало ожерелье, в ушах жемчужные серьги, на лбу красная точка, в носу сережка. Волосы ее черные без видимой седины разделены на ряд, сзади коса. Увидев ее, все бывалые пленницы уважительно поклонились, оставаясь с чуть опущенной головой.

– Что происходит, Аниша? – обратилась она на своем языке.