Финник

Дочка как раз помогала им найти нужную страницу.

При виде этой картины домовой даже закашлялся, подавившись печеньем.

– Да вы издеваетесь! – возмутился он. – Они просто читают реплики?! Это всё понарошку?

– Давай ещё раз, – предложила мама.

– А вы на репетицию не опоздаете? – напомнила девочка.

– Ой, мы забыли про время! – спохватилась мама.

– Всё казалось таким реальным, устрашающим! – Кажется, папа никак не мог выйти из образа.

Мама с нежностью взглянула на него:

– Я так тебя люблю!

– Я люблю тебя больше, – заверил тот.

И они, обменявшись признаниями, хором пропели:

– Первая репетиция! Первая репетиция!

Кристина снисходительно смотрела на родителей – хрупкую блондинку маму и такого серьёзного папу в очках.

– Это вы ещё не видели моих репетиций! – зловеще пообещал домовой, обманутый в своих тайных надеждах поскорее избавиться от беспокойных жильцов.

За родителями захлопнулась входная дверь, и Кристина вздохнула с облегчением.

Наконец-то можно побыть одной, в тишине и покое! Она стала подниматься по лестнице в свою комнату, но вдруг заметила, как включается и выключается свет… Но она ничего не трогала!

– Что? Что такое? – громко спросила она.

Кристина осмотрелась и ничего подозрительного не заметила. Но не почудилось же ей? Она осторожно двинулась в кухню, продолжая внимательно оглядываться по сторонам.

И тут девочка явственно услышала шаги: кто-то лёгкий пробежал по лестнице наверх – до неё донёсся отчётливый скрип ступенек. Не дойдя до кухни, Кристина пошла обратно, недоумённо озираясь.

А домовой резвился вовсю. Теперь, когда взрослые покинули дом, он собирался как следует напугать их ребёнка, чтобы девчонка побыстрее уговорила родителей переехать! В ванной он с душераздирающим скрежетом приоткрыл кран, вызвав монотонное и зловещее капанье воды.

В гостиной громко хлопнул окном, стараясь посильнее напугать девочку, но немного не рассчитал – прищемил себе палец и зажмурился от боли. Это разозлило его ещё сильнее: пора переходить к решительным действиям!

Домовой перебрался на кухню, рассыпал содержимое сахарницы по столу и захихикал, потирая лапки. Затем он пробежал по устроенному бардаку, и на сахаре остались отпечатки, но так даже лучше – ещё страшнее.