Флориан Бэйтс и похищенные шедевры

Я просто поверить не мог: Маргарет воспользовалась ТЕМЕ, чтобы вычислить, что мой отец одолжил чьи-то клюшки для гольфа, будучи в Калифорнии. И я даже не представлял, как ей это удалось. Я так и таращился то на нее, то на отца, пытаясь сообразить, что за зацепки она заметила.

– Лучше расскажи ему, как ты это сделала, – посоветовал отец, – пока его мозг не взорвался.

– Да, пожалуйста, – попросил я. – Я в полном тупике.

Еще мгновение Маргарет понежилась в лучах славы, а затем приступила к объяснениям:

– Прежде всего – поездка в Калифорнию.

Я поняла еще прежде, чем мы сели за стол. Мистер Бэйтс положил кейс на столик в прихожей, и из кармашка торчал край «Лос-Анджелес таймс», – она повернулась к отцу: – Думаю, вы читали ее в самолете на обратном пути.

– Само собой, читал, – подтвердил папа. – Очень неплохо.

– Но этого недостаточно, – возразил я, подняв руку. – То, что у папы есть лос-анджелесская газета, еще не означает, что он сам был там. Мы каждое воскресенье получаем «Нью-Йорк таймс», не ездя за ней в Нью-Йорк.

«Лос-Анджелес таймс» продается в аэропортах по всей стране.

– Верно, но ТЕМЕ говорит о совокупности мелочей, – отозвалась Маргарет. – А ты не дал мне закончить. На кейсе твоего папы есть бирка. И на ней написано: «ХМОЛА».

– «Хмола»? Что это?

– Не знаю, но, уверена, «ЛА» там означает «Лос-Анджелес». Может, «Художественный музей обществ Лос-Анджелеса».

– «Художественный музей округа Лос-Анджелес», – поправил отец. – Это мои новые клиенты. Последние три дня я изучал их протоколы безопасности.

– И так ты вышла на Калифорнию, – сказала мама. – Но откуда ты узнала, что он играл в гольф?

– Его выдали руки.

Отец поднял руки, и я тут же все увидел.

– Правая загорела, а левая бледная, – я покачал головой. – И как я мог это прошляпить?

– Да, Флориан, ну как ты мог это прошляпить? – укорила мама и, повернувшись к Маргарет, шепнула: – А что он прошляпил?

– Когда играешь в гольф, надеваешь одну перчатку, – объяснила наша гостья. – И, если достаточно много играть, за короткий срок на солнце загорит только одна рука.

Мама с подозрением глянула на отца и поинтересовалась:

– Ну и сколько именно времени ты посвятил гольфу, изучая протоколы безопасности?

Папа ухмыльнулся:

– Разве я виноват, что директор музея любит поговорить о работе за игрой в гольф?

– По-прежнему непонятно, как ты узнала о том, что отец брал у кого-то клюшки, – сказал я.

Маргарет улыбнулась:

– Это-то оказалось легче всего.