Фонарик

Казалось, что больше никогда они вместе не зажгут фонарики.

В глазах Катрины заблестели слезы. Она очень хотела бы обнять свою маленькую девочку, но не могла, чтобы ее не заразить. Катрина опустилась перед ней на колени и сказала негромко:

– Я верю, что твоя молитва будет услышана. – слезы катились по ее щекам, а Анна смотрела на маму и шмыгала носом. – И папа обязательно выздоровеет, и мы все вместе зажжем наши фонарики.

– Когда мы сможем опять обниматься? – спросила, глотая слезы, Анна. Она долго пыталась быть взрослой, но все же на самом деле была ребенком, который очень скучал по своим родителям.

– Скоро, зайчик, скоро. – Катрина сделала паузу и поднялась, протянув руку дочке. – Пойдем в дом. Я тоже зажгу свой фонарик.

Анна не взяла маму за руку, но пошла за ней вслед. И заходя внутрь, оглянулась на фонарик. Он светил, и огонек надежды зажегся и в ее маленьком сердце.

Глава восьмая. Сара

Вскоре Катрине стало хуже, а к ним домой пришла сиделка по имени Сара. Судя по виду этой полной румяной женщины, к ней не могла пристать никакая зараза.

Анна, не привыкшая к незнакомым людям – тем более взрослым, – отнеслась к ней настороженно. По природе девочка была дружелюбной, но спустя время так и не смогла привыкнуть к разложенному повсюду луку, запаху чеснока, которым пропахла насквозь Сара, и особенно к тому, что женщина не переносила на дух котов. Угольку пришлось несладко, и он почти всегда сидел в комнате Анны.

– Зачем вы его обижаете? – спросила Анна, когда сиделка в очередной раз замахнулась веником на Уголька.

 – Он просто хочет есть.

– Я пришла обслуживать людей, а не котов, – резко ответила Сара, и Анне стало не по себе от ее слов.

Через какое-то время Катрина слегла и очень мало вставала, поэтому Сара теперь занималась еще и готовкой. И хоть бедные родители Анны почти ничего не ели, ей нужно было кормить «этого непоседливого ребенка» и, конечно же, саму себя. У самой Сары был аппетит прекрасный, она съедала за раз по две-три тарелки. Уголька она не кормила, и Анна ничего не смогла с этим сделать.

Поэтому часть своей еды она разделяла с ним, в итоге оба они оставались полуголодными. Потом Анна тайком от Сары подкармливала Уголька, съедала кусок хлеба, и вместе они уходили спать.

Снова приходил доктор, и Анна слышала, как он сделал замечание маме, сказав о том, что ей следовало раньше позвать сиделку. Что ответила Катрина, Анна не услышала: теперь мама говорила очень тихо.

Так прошло несколько дней.