Красавец для чудовища

Хромов нагло ухмылялся – подопечный Инги в самом деле накосячил со сроками выполнения работ, и неустойку по претензии ему впаяли на вполне законных основаниях. Только Хромов всегда был небрежен к деталям. К сноскам. К приложениям. К фразам вроде «если только не».

Вот это «если только не» и сыграло с ним злую шутку: контракт прописывал освобождение от ответственности клиента Инги в случае непередачи промежуточных актов сдачи-приемки работ заказчиком, клиентом Хромова. И вот тут – та-дам – в договоре обнаружилось примечание: факт передачи таких актов должен быть подтвержден документально.

Однако такого документа не было. А было письмо-претензия Ингиного клиента с требованием предоставления подписанных заказчиком актов сдачи-приемки этапов работ. Все как полагается – заказное письмо с уведомлением, отметка о приеме, входящий номер, дата регистрации. «Опись, про?токол, сдал-приня?л», как говорил незабываемый герой актера Папанова[2 - Фраза из кинофильма «Брильянтовая рука», реж. Л.Гайдай.].

Инга навсегда занесла этот момент в число своих личных побед, в папочку под названием «Хромов – козел и пусть так будет с каждым, кто посмеет меня обсуждать». Он лениво довел позицию истца до суда, подтвердил суть исковых требований, вальяжно ответил на парочку ее вопросов и, снисходительно подмигивая, развалился на стуле в ожидании ее доклада. Инга выкладывала факты постепенно, вбивая каждый последующий, словно гвозди в гроб его блистательной карьеры юриста-арбитражника, – четко и по пунктам, оставив заветное «если только не» вишенкой на торте.

Сволочь Хромов усмехался какое-то время, отплевываясь от ее доводов, как деревенский хулиган – черешневыми косточками, и усердно пытаясь сохранить лицо. Клиент-перебежчик нервничал, смотрел на Ингу побитой собакой. И с каждым новым доводом с физиономии Хромова медленно сползала ухмылка, стекала уверенность и непоколебимость, как свечной воск. И вот уже модная трехдневная щетина сделала его похожим на бомжа с Казанского вокзала, а шикарный пиджак от Армани будто стал на несколько размеров больше.

Инга торжествовала.

После финального аккорда она посмотрела на незадачливого конкурента – жалкого, уничтоженного, пристыженного – в упор и ослепительно улыбнулась, пожелав удачи: ему предстояло объяснить клиенту, как так вышло, что из обещанной Хромовым позиции «все в ажуре» они получили полный и оглушительный провал.