Форпост «Земля»

Сейчас он совсем не отличался от привычных смарт-часов, даже застежка есть. Я подергал за кончик ремешка, но браслет отказался расстегиваться. Он по-прежнему не желал покидать мою руку.

Мои размышления прервал возмущенный возглас Вилейкиной «ну вот опять!». Похоже, и этот дух невысокого мнения о вопрошающих, подумал я, замечая, как Рубинчик подозрительно уставилась на меня.

– Дух, тебя кто-нибудь раздражает в этой комнате? – спросила Люська, не отводя от меня пристального взгляда.

Видимо, планшетка устремилась в сторону «да», потому что Люсьен грозно рявкнула:

– А ну мотай отсюда!

Я был абсолютно уверен, что раздражаю духа совсем не я, – на меня-то доска не обзывалась, но спорить не хотелось.

Лучше просто уйти. Я молча встал и направился к двери.

В гостиной по-прежнему гремела музыка, неутомимые девчонки все также прыгали, а на диване все также сражались с инопланетными захватчиками. И я здесь был лишним. Я сунулся на кухню, где Живоглядова со Смоловым уплетали купленное мной мороженое, но встретившись взглядом с их вытянувшимися лицами, быстро ретировался.

– Зачем ты его позвала? – послышался из кухни голос Смолова. – Раньше его Ларка с собой таскала, а сейчас-то зачем?

– Мороженого захотелось. Больше ни до кого не дозвонилась.

Вот так вот. Ладно Живоглядова – с ней мы никогда особо не ладили, но Смолова я считал своим другом.

Глава 2. Дела сердечные

…Я смотрел на Лару. Вот уже целую неделю почти на каждом уроке я разглядывал бывшую подругу. Со своей новой парты я видел рассыпанные по плечам русые волосы и спадающий на лоб локон, когда Лара склонялась над тетрадью.

Если меня попросить описать Лару, я не смогу это сделать. Она просто Лара, прекрасная и удивительная. Вся, целиком. Других – легко. К примеру, Верку Живоглядову, занявшую мое место за партой, я опишу легко, начиная от маленьких хитрых глазок неопределенного цвета и прыща на подбородке и заканчивая скверным характером сплетницы и интриганши.

Тем временем Лара повернулась к Верке и что-то спросила.

Затем задумалась, откинувшись на спинку стула. Теперь грызет карандаш. Видимо, не очень-то получается у нее с контрольной. Да, физика никогда не давалась Ларе. Уж кому как не мне это знать – весь прошлый год, что мы просидели за одной партой, я помогал ей с задачами.

Почему она отвернулась от меня? Ведь я ни на что не претендовал, кроме дружбы.

Вместо формул перед моими глазами вновь встали события того злополучного вечера недельной давности.