Черный махаон

Похлопала по карманам – Влад часто оставлял в них то бумажник, то визитницу, то ключи от кабинета. В этот раз ничего, кроме мелочи. И тонкого запаха незнакомых женских духов.

Яна нахмурилась, боязливо принюхалась, совсем как Данте, встречая незнакомого. Смятение в глазах сменилось раздражением – ну, что она, в самом деле, будет обнюхивать одежду мужа, осматривать на предмет чужих волос или губной помады?! Сто лет назад они договорились – если кто-то из них разлюбит, то второй узнает об этом первым.

Все. Точка.

Она решительно бросила вещи Влада в ящик для грязного белья, стянула неудобные брюки. Запрыгнула в джинсы. Захватив в вешалки джинсовку, выскочила в коридор, на ходу поправляя волосы. С наслаждением нырнула в кеды.

Данте с любопытством выглянул из кухни, облизываясь. Подкрался к хозяйке, пока та зашнуровывала обувь, ткнулся мокрым носом в щеку:

– Скоро буду, не скучай, – Яна похлопала его по загривку. – И пожелай мне удачи.

А про себя подумала: «Если этот, как его там, Мстислав, диск спасет и файл ей откроет, то вообще, считай, счастье!»

8

Его дом оказался в пятнадцати минутах езды.

Чистый, аккуратно причесанный двор с яркой детской площадкой, игровым домиком и ровными рядами скамеек на огороженной территории.

Мстислав велел припарковаться у первого подъезда:

– Там дальше выезд неудобный, – пояснил, выпрыгивая из Яниной тойоты.

Яна замешкалась:

– Наверно, это не очень удобно… Давайте, я здесь подожду, в машине, – она вцепилась в черный пластик руля как за спасательный круг.

Он криво усмехнулся, потянулся за своим лонгбордом, примостившимся на заднем сиденье:

– Не парься. Пошли!

Новый, еще пахнущий краской подъезд, семнадцатый этаж.

Парень толкнул дверь, пропустил гостью вперед, спрятав в уголках губ улыбку.

Яна вошла, замерла на входе. Огромная студия. Окна в пол, серебристые стены с узкими, как кошачий глаз, зеркальными вставками. Матовые шары-плафоны. На грифельно-сером – единственной яркое пятно: белоснежная кровать.

С удивлением покосилась на странного парня: кто он, в самом деле?

Мстислав аккуратно обошел ее, не задев. Нырнул за перегородку, формально отделявшую его рабочее место – четыре монитора одновременно мигнули, по синему фону пробежала радужная строка приветствия: «Ad cogitandum et agendum homo natus est».[7 - Ad cogitandum et agendum homo natus est – (лат.) человек рожден для мысли и действия.