Сезон охоты на кротов

Читают, еще как. Только они другие – нынешние подростки. И читают они по-другому и о другом. Остро чувствуют, когда автор книги начинает манипулировать их мнением, видят фальшь и несправедливость. Они очень жесткие в суждениях – как все подростки, во все времена. Они не знали голодных 90-х и бандитских 2000-х, они не помнят очередей за хлебом и не знают, каково это – жить на одну дедушкину пенсию. Они – ростки благополучного «вчера».

Тем охотнее ребята приходили к Тори, чтобы обсудить шокирующие для них сюжеты – будь то «Поднятая целина» или «Анна Каренина».

Вокруг Виктории постоянно крутились читатели, они создали литературный клуб, делали розыгрыши книг, устроили буккроссинг, публичные чтения… Даже сценки ставили из понравившихся книг.

Культурно-образующая среда, как она есть. Так считала Виктория, весьма довольная собой и вдохновленная результатами. Начальница, как оказалось, были иного мнения.

«Вы не работаете с молодежью», – заявила как-то она.

Виктория опешила.

«Как не работаю? Вот, только что от меня ушли!»

«Ничего не вижу, ничего не знаю. Пьете чай, печеньками их приманиваете, а они культурно просвещаться должны».

«Так они и…»

Начальница продолжала, пресекая все попытки Тори оправдаться:

«Нет ни одного среза знаний, ни одного отчета, ни одной публикации с аналитикой!», – женщина подняла к потолку начальственный палец.

Без бумажки ты букашка – вот, что поняла в тот день Виктория. А потом кто-то из коллег написал на нее жалобу, что она обсуждает с детьми книги, не соответствующие возрастной маркировке, и ее вынудили написать заявление «по собственному желанию».

Виктория рыдала неделю. Ей писали ее ребята из литературного клуба, приходили к ней домой, предлагали делать квартирники. Но чувство обиды, несправедливости не позволяла Тори дышать.

И она пошла в школу.

Безликий книжный фонд, который пополнялся формально, безучастные лица детей, которые от школьной библиотеки ничего не ждали, кроме вовремя выданного учебника, навевали тоску.

И вот сейчас она, кажется, должна и без того сумасшедшую идею разрастись во что-то еще более грандиозное. Нет, Виктория не боялась это все организовать, была уверена, что справится, просто… сложно действовать в одиночку.