Сезон охоты на кротов

Что за прозвища?

– Да мне пофиг, что там тебе нравится, а что нет! – вспылил сын. И бросил обидное: – Кобель ты, вот ты кто! Я думал все, Ольга сдохла, угомонишься. К матери вернешься. Зачем еще в эту дыру возвращаться, как не за этим?! Терпел эту идиотскую школу, эти идиотские закидоны твои, ждал, когда же ты объявишь о своем намерении. Дождался…

Он говорил так осознанно, так зло, что Антон сперва остолбенел – он не знал, что его сын может так говорить и думать.

– Денис, ты что такое говоришь? При чем здесь Ирина… Как тебе не стыдно.

– Это мне стыдно?! – опять взвизгнул сын. – Это тебе должно быть стыдно, без бабы и дня прожить не можешь. Только одну на кладбище спровадил, уже новую в постель тащишь!

Антон размахнулся и ударил.

Пощечина получилась звонкой, будто треснувшее зеркало. Они стояли с сыном по разную сторону этой трещины, и не дышали. Один – схватившись за полыхавшую огнем щеку. Другой – чувствуя, как отсыхает ладонь, ударившая – впервые – сына.

– Ненавижу, – коротко выдохнул тот.

– Денис! – Антон шагнул к сыну в попытке перехватить его, но парень развернулся на пятках и выскочил из спальни. – Денис!

Антон бросился за ним, опоздал на одно мгновение – сын скрылся в своей комнате, с шумом захлопнув за собой дверь и повернув замок. Илантьев дернул ручку, постучал:

– Сын, выйди, нам нужно поговорить. Как мужчина с мужчиной.

Глухое молчание в комнате было тяжелее, чем скандал. Лучше бы Денис продолжал орать, бил бы мебель или разбрасывал вещи: Илантьев знал, как с этим справиться.

– Дэн, открой, – он предпринял еще одну попытку поговорить. – Прости, я не должен был тебя бить…

Он опытнее, он старше, он должен извиниться первым – так научил его отец.

Он снова постучал.

В комнате было тихо.

Антон оставил сына. Принялся разогревать приготовленный помощницей по хозяйству ужин, то и дело прислушиваясь к происходящему в комнате Дениса. Бунька, решив, что гроза позади, устроился в проходе, притащил из коридора ошейник и демонстративно положил перед собой.

Илантьев подозвал лабрадора к себе, надел ошейник.

– Пойдем, погуляем, в самом деле.

Он набросил на плечи куртку, надел кроссовки и вышел из квартиры. Бунька торопился рядом, суетился и подпихивал его.

– Веди себя прилично, – пригрозил собаке Антон, защелкнул поводок.

А когда он вернулся, квартира оказалась пуста.

* * *

Дверь в комнату Дениса оказалась приоткрыта.