Хитрый Тим – приключения лисенка и его друзей

Глава третья

Капкан и прочие неприятности

Прошли всего пара дней после истории с орехами, и Тим вовсю почивал на лаврах своего успеха. Слухи в лесу распространялись не только со скоростью лесного пожара (тьфу, тьфу, не к ночи он будет помянут), это ещё было бы полбеды. Беда в том, что они (слухи) раздувались, как лягушка после вкусного обеда жирными мухами. Рассказывали, что Тим заставил кабанов и оленей собрать весь мох на болотах, а за всё это расплатились белки, отдав то ли десять, то ли сто мешков орехов.

Кому такое понравится?

Тумос обиделся и ни с кем не разговаривал. Чук при напоминании об орехах опускал рога и бодался, а белки включили Тима в главный список врунов и обманщиков. Ещё белки торжественно поклялись на корнях древнего дуба не верить хитрому лисёнку ни за что и никогда! А заодно и всем лисам, волкам и енотам. Причём здесь волки и еноты – было непонятно, но клятва получилась грозной и торжественной.

Сегодня утром Тим завтракал, размышляя о том, почему бабушкина каша кажется такой невкусной.

Погода стояла чудесная, солнышко грело мягко, легкий ветерок с озера не давал воздуху прогреваться слишком быстро. День обещал быть просто на загляденье, если бы не одно «но». Сегодня была среда. А значит, надо идти в школу. Пропуск занятий в лисьей семье считался тягчайшим проступком и карался шлепками по мягким местам. Тим, по молодости и неопытности, пару раз пытался увильнуть, но вспоминал последствия с неохотой.

Школьным учителем в лесу работал большой медведь – Бэр.

Бэр был стар, мудр и могуч. Видел своих учеников насквозь, очень не любил враньё и опоздания. Согласитесь, тут есть от чего расстроиться и потерять аппетит.

– Эх-хе-хех, – вздохнул Тим, чмокнул в нос маму и бабушку по очереди и выскочил из норы.

До школы можно было бежать двумя путями. Время позволяло, и Тим выбрал самый длинный – через ручей и волчий овраг. У ручья жила ОНА – самая красивая и пушистая (как казалось Тиму) молодая лисица – Элис. Тим очень надеялся, что рано или поздно Элис заметит его, обратит на лисёнка внимание и тогда… Что будет «тогда», Хитрый не знал, но при мысли об этом сердце стучало чаще.

Впрочем, это могло быть и от быстрого бега.

Перепрыгнув ручей, Тим остановился отдышаться (на самом деле – внимательно осмотреть ближайшие кусты) и… – о чудо! Ему показалось, что за ветвями акаций мелькнул неповторимый по своей пушистости хвост. Тим приосанился и приступил к тому, что мальчишки всего мира называют «выделываться».