Конец сказки

 – Избушка у меня не молодая уже, конечно, но до Кащеева-то Царства доковыляет как-нибудь…

– Не, бабусь, благодарствую, мы своим ходом, – отказался Яромир.

– Кстати, а кони-то у вас где? – вдруг спохватился Глеб. – Вы пешком идете, что ли? Вы с глузду-то не съехали часом? Ванька, где твой конь?

– Да не пешком, не пешком, – ухмыльнулся Яромир. – Я коней еще ночесь в лесок отвел, княже, дожидают они нас там. Чтобы поменьше внимания к нам сегодня, сам понимаешь.

– А, тогда ладно. Правильно надумал, хитро. А вот почему ты босой опять, дружка?! Ты куда мой подарок девал?!

– Бабусь, а как так вообще вышло, что у тебя с сестрами избушки самоходные? – поспешно переменил тему Яромир.

 – Вы где их такие раздобыли?

– Да оно известно как, яхонтовый, – ответила Овдотья Кузьминишна. – Подати-то в нашем царстве-государстве собираются с дыма. Сиречь – с жилья. Это еще с Олега-князя пошло – державу объезжать, да полюдьем дань собирать. Ну а моя избушка – она хоть и с дымом, да только не жилье, а средство передвижения.

Телега под крышей.

– Это ты так сборщикам подати говоришь? – хмыкнул оборотень. – И что, верят?

– А и не знаю, верят или не верят, а только податей я, убогая, в жизни не платила, – подмигнула баба-яга.

– Правда? – нахмурился Глеб. – Вообще ни разу?

– Здорово, правда? – ухмыльнулась старуха. – Только ты уж, Глебушка, смотри, не трепись об этом. Я ж тебе по секрету сказала, как родному.

Князь нахмурился еще сильней, но смолчал. Какие уж там подати с дремучей старухи.

– Ладно, самобрат меньшой, – стиснул он плечо Ивана. – Ступай. И уж не оплошай там – весь Тиборск на тебя полагается. А я за тебя дни и ночи бога молить буду.

– Да я!.. Да у меня!.. – аж прослезился княжич. – Глебка, я…

– Ну-ну, нечего тут рассусоливать! – посуровел князь. – Ступай, сказано! Борзо, пребуйно!..

И отвесив напоследок отеческий подзатыльник, Глеб проводил брата в путь-дорогу.

Глава 13

Тихо было в лесу. Огромный волк неслышно бежал по лесной тропке, и на спине у него привычно восседал младой княжич.

Иван снял шапку, подставив ветру златые кудри. Снег еще сошел не везде, но воздух уже дышал весной, уже был только свеж, а отнюдь не морозен.

– Эх, хорошо-то как!.. – простодушно воскликнул Иван. – Вот доедем до верховной бабы-яги, расколем яйцо злосчастное – да и снова заживем счастливо! Ты, Яромир, чем займешься, когда Кащей сгинет?

– А вот когда сгинет – тогда и думать буду, – сказал оборотень. – Но уж найду чем.