Дерево судеб

По нему Норны и Валькирии определяли, в какую сторону качнутся маятники судьбы, и к чему это приведёт, если не вмешаться. За эти еженедельные медитации студенты-творцы с факультета Апейрона дразнили коллег садоводами.

Вступительные экзамены начинались в первый день лета, когда большая часть творцов отбывала на практику. Поступить могло любое существо от семнадцати до двадцати лет, кроме оборотней-болла, жителей Риэнии и их полукровок. Тридцать лет назад их народ признали слишком агрессивным и неконтролируемым после серии стихийных поджогов на полуострове.

Остальных жителей Фортэйна Университет принимал с раскрытыми объятиями – что людей, что низкорослых загадочных якши, что людей-тюленей тшелка с Тюленьего архипелага.

Всего в Университет входило три факультета: Норны – управление судьбой, Валькирии – управление войной, Апейрон – управление временем. Студентов, доучившихся до пятого курса, принято было называть Творцами. С пятого по седьмой годы обучения молодые люди (и нелюди) проводили по несколько месяцев на практике, выезжали в другие страны или города под присмотром Смотрящих.

В случае смертельной опасности Смотрящий мог выдернуть подопечного в Университет, в остальных же случаях мог только следить и документировать ход практики. Смотрящим мог стать выпускник любого отделения. Выбор делало Дерево.

Практика у будущих распорядителей судеб была проста: каждый творец получал назначение в любой город мира, где должен отработать самое малое три месяца в качестве Мойры. К их помощи прибегали, когда не могли принять решение в сложной тяжбе, делали жизненно важный выбор или лечили больного, от которого отказались все целители.

Впрочем, с просьбами найти потерянную вещь к ним тоже частенько обращались. Сбор заявок на практикантов Университет принимал с начала весны, после чего ежемесячно распределял творцов на учёном совете. Процесс всегда сопровождался скандалами: каждому наставнику казалось, что именно его творцы обделены. Именно это и произошло сегодня, пятого марса.

Глава 2

Диаллия, Таирон

Тонкий сладкий запах мимозы, нотки влажной земли и пропитанного пылью дождя – таким ароматом встретил Таирон пропылённый до самых бровей караван.

– Всё, парень, дальше сам! Спасибо за компанию!

– И вам не хворать, – путник осмотрелся, отойдя подальше от ворот города. За дальней стеной рокотало море, где-то вдалеке шумели поезда, напротив ворот галдел неугомонный рынок, сновали сквозь толпу чудаки, ряженые в рыжие балахоны и маски.