Криабал. Свет в глазах

Из Грандпайра в Астучию, оттуда в Мистерию, оттуда в Каргабу, а из нее обратно в Мистерию. Четвертый уже раз.

Слава богам, что Массено не из тех несчастных, что по выходе из портала являют миру содержимое желудка. Он переносил все легко.

Разве что голова малость кружилась да ноги чуть подкашивались. Такое ощущение бывает, когда мерно шагаешь по лестнице, и вдруг одна из ступеней оказывается чуть выше или ниже остальных.

Мэтр Мазетти встретил монаха приветливо. Не особенно удивился тому, что от башни Антикатисто остались только развалины, но был просто поражен, услышав о тайной комнате.

– Вы совершили настоящее открытие, святой отец, – сказал призрак библиотекаря. – Даже если больше вы ничего не добьетесь – ваше имя во всяком случае внесут в хроники Тезароквадики. Ритуальный зал Антикатисто! То самое место, где он стал тем, кем стал!

– Я буду рад, если это кого-то заинтересует, – учтиво ответил Массено. – Но лично для меня важна не сама комната, а то, к чему она может привести. Я изучил все, что нашел там, но не все из найденного подвластно моим скромным способностям.

Быть может, вы сумеете пролить свет на мои находки, мэтр Мазетти?

Старый библиотекарь выслушал очень внимательно. Удивленно похмыкал, услышав о том, что Антикатисто обратился во Тьму при помощи Черного Криабала, и еще больше удивился тому, что сейчас Черный Криабал – в руках Медариэна.

– Если и есть на свете волшебник, что может держать Черный Криабал и не соблазниться его злой силой, то это Медариэн, – медленно произнес Мазетти.

 – Когда он учился в этих стенах, у него даже прозвище было – Белый. Но мне, однако, хотелось бы знать, что он с ним сделал… и ученому совету, полагаю, тоже.

– Вы доложите им об этом? – спросил Массено.

– Пока нет. Я неподконтролен ученому совету, святой отец. Для этого я слишком мертв. Выпал из официальной иерархии, знаете ли. Но с Медариэном я побеседую, не сомневайтесь. Мне все равно нужно проконсультироваться с кем-нибудь по поводу ваших находок – я, увы, только призрак волшебника, мои возможности несколько ограниченны…

– Вы уверены, что ему можно доверять безоговорочно? – уточнил Массено.

– Если нельзя доверять Медариэну – нельзя доверять никому. Но я понимаю вашу обеспокоенность, святой отец. Ответьте сейчас на вопрос: доверяете ли вы мне?

– Вы не совершили пока ничего такого, что могло бы заслужить мое недоверие, – ответил Массено. – К тому же крайне сомнительно, чтобы вы были союзником Антикатисто.