Хранительница Камней

Глаза Тано метали гневные искорки, а в ясном лиловом взгляде сквозило недоумение.

– Ты… ты сейчас серьёзно?

Лулу удовлетворённо кивнула, а затем указала на Густава рукой.

– Давайте.

Казалось, даже сам Густав опешил. Но уже спустя минуту его лицо расплылось в довольной улыбке.

– Вот только за это можно тебя любить, Лулу. Ты просто прелесть! Исполняешь мою мечту.

– Ты нормальная вообще? – паук повысил голос. – Он же парень!

Густав сложил губы уточкой и потянулся к щеке арахнида. Тот достаточно грубо отстранил его и придержал за плечи.

Фелисити залилась хрюкающим смехом.

– Жаль – нет попкорна. Такая драма! Даже я бы посмотрела.

– Фелисити, и ты туда же?! – возмущался Тано.

– Ну, мы же играем. Ничего зазорного.

– А если бы она попросила бы тебя поцеловать Кокс?

Фелисити на миг умолкла, оценивающим взглядом скользя по полуобнажённой фигуре кошки. Девушке стало жарко, и она давно скинула свой жакет, под которым, как оказалось, был лишь спортивный кроп-топ, по виду напоминающий лифчик.

– Ну, тебе бы пришлось терпеть моё пьянство. Хотя, впрочем, Кокс – не эта дурында. Может, что и интересное бы получилось…

– Не пугай меня так!

Густав всё сильнее напирал и тянулся руками к пауку.

– Тано, поцелуй его уже и закончим с этим. Иначе тебе придётся выпить.

– Я не пью!

– Ну вот, сам знаешь, что придётся. Или целуй Густава.

– О, чёрт. Как же вы меня все задрали!

Тано резко опустил руки, и Распердон чуть не упал лицом на пол, вовремя удержавшись. Арахнид строго посмотрел на друга, словно оценивая, с какого угла лучше зайти.

Затем строго сказал:

– Только без языка.

– Как скажешь.

Медленно-медленно парни приблизили свои лица друг к другу. Все разом утихли, казалось, даже перестали дышать. Словно весь мир остановился в напряжённом ожидании момента. Тано резко выдохнул, пробормотав что-то невнятное, и закрыл глаза. Густав тут же прильнул к его губам. Его руки дотянулись до плеч арахнида и заскользили вниз. Змеевик и паук переплели пальцы рук, сложив их на коленях.

Среди ребят пронеслось умилительное: «О-о-о». И в этот момент Тано отстранился, вырвал свою ладонь из рук Распердона и отодвинулся как можно дальше, не говоря ни слова.

Лулу прикусила губу, на миг лишь поймав взгляд паука: у парня расширились зрачки, а на щеках появился едва заметный румянец. «Надо же, а Густаву удалось его слегка завести».

Кажется, Тано прочитал мысли ундины, потому что он поднял лицо, перекошенное от злобы.