Хроники небесных лошадок. Стражники магии

И дети пока ещё даже не подозревают, каким могуществом обладают эти дары…

В чаще Великого Леса стоит Вечное Дерево. Исполинское Вечное Дерево. Ствол его покрыт шишковатыми наростами и бороздами от когтей. В гуще кроны бурые медведи, всем известные как лесники, аккуратно подрезают лишние ветки, а потом связывают их и на спинах спускают к подножию.

Из-под переплетения корней пробивается свет. Лесники входят в мастерскую и складывают вязанки на верстак. Старая Ведунья с волосами, тронутыми серебром, бережно раскладывает ветки по кучкам: туда – подлиннее, сюда – покороче.

Справившись, Ведунья оглядывает стену, на которой развешаны всевозможные инструменты, и выбирает те, что понадобятся ей сейчас для работы.

Едва раздаётся жужжание пилы или стук молотка, лесники удаляются. Всю ночь столярничает Ведунья. Во тьме леса у корней Вечного Дерева мерцает одинокий огонёк. На рассвете Ведунья выходит из мастерской. К самым корням подъезжает повозка с лесниками. Повозка крыта брезентом, на котором выведена надпись: «Медвежья Балетная Труппа с Запада».

Сребровласая Леди запускает руку в карман фартука, вынимает оттуда светящуюся дырчатую ложку на длинной ручке и отдаёт её одному из медведей.

«Для Зама Зефира из Пекарни Номер Девять в Траутвайне», – говорит она и возвращается к себе в мастерскую. Там её ждут деревянные заготовки: на стене висят деки необыкновенной виолончели, предназначенной в дар девочке Фиби Лаймтри, музыканту из Найтингейла, а в тисках сияет рукоять лихоострого меча для Батшебы Гринграсс, дочери истребителя великанов из Бима.

Ведунья гасит лампу и, обернувшись, видит медведя, протягивающего ей миску для каши. Она принимает у него миску, потом берёт медведя за лапу, и они вместе уходят из мастерской.

– Всё начнётся завтра, – слышится голос Ведуньи.

Высоко над мастерской, в кроне Вечного Дерева скрывается гнездо из сплетённых веточек, выстланных сверкающим мхом. В гнезде лежат яйца, белые, как самое белоснежное облако, усеянные небесно-голубыми крапинками.

Яйца шевелятся, трескаются. Крошечные линии пересекают их поверхность, становясь шире с каждым толчком и подёргиванием…

Вскоре на листья падает тень, потом ещё одна, и раздаётся свистящий звук: с неба спускаются две крылатые лошади. Под ними, на ветвях деревьев, уютно устроившись во мху, лежат три только что вылупившихся крошечных крылатых жеребёнка.