Хроники Перепутья

Маленький нос жался между желтоватыми щеками.

Маша встала слева от женщины, поближе к клетке. Сперва она косилась на крольчат. Они смотрели на Машу из своего угла, один привстал на задние лапки. Женщина чуть подвинула клетку. Маша отвела взгляд, потопталась и снова уставилась на вислоухого серого зверька, перебирающего лапками по сетке.

– Садись, чего же ты, я и место тебе освободила, – произнесла женщина нежно.

– Я постою, спа… – начала Маша, но женщина взмахнула рукой, и аромат яблочного пирога с корицей защекотал ноздри.

– Этот пока ничей. – Женщина тоже склонилась над клеткой.

– Ничей, – повторила Маша и краем глаза увидела, как с остановки отходит нужный ей автобус.

– Двоих ждут хозяева. Мальчик Петя и девочка Катя. А тебя как зовут?

– Мария Звонова, – отчеканила Маша. – Можно Машка.

– Машенька, – поправила её женщина. – Или Маруся. Разве можно такую милую девочку Машкой величать?

– Меня Марусей мама зовёт.

– Тогда для меня Машенькой будешь. А его, – она постучала пальцем над вислоухим кроликом, – зовут Костик, будь знакома.

– Как моего брата! – обрадовалась Маша, впервые про себя назвав брата по имени.

– Надо же, совпадение какое! – всплеснула руками женщина. Кольца заблестели на солнце. – У тебя есть братик! Наверняка и зверушка какая есть, да, Машенька? Хоть бы и рыбка золотая?

– Если бы у меня была золотая рыбка, я загадала бы ей кролика. Я так хочу кролика, просила маму, просила, а она не разрешает, – выпалила Маша.

Пожаловаться чужому человеку оказалось легко. Она совсем забыла о родительских ежедневных наставлениях: не разговаривай с незнакомыми людьми. Всё затмили кролики. «Какая эта женщина счастливая! – только и думала Маша. – Сколько у неё крольчат! И она дарит это счастье детям! Повезло же каким-то Пете и Кате».

– Но зато у тебя братик есть… – подбодрила её женщина.

– Ага, – разочарованно протянула Маша.

Женщина открыла клетку.

– Что ж, Костик, знакомься с новой хозяйкой! – пропела женщина.

Она сжала кролика толстыми пальцами. Кролик запищал. Женщина подкинула зверька в воздух, Маша испугалась, что крольчонок упадёт, и поймала его, дрожащего и барахтающегося, почти у своих коленей. Кролик потёрся мордочкой о лямку рюкзака.

– Зачем вы так? – спросила Маша, разглядывая кролика, не повредил ли лапки. – Ему больно ведь.