Яш Бхатия

– Может, и так, – соблазнительно улыбаясь, девушка приподнялась на цыпочки, ее горячее дыхание обожгло щеку, а нежный, чарующий голос заставил вздрогнуть. – Но я все же сомневаюсь.

Чандра оказалась права. Есть вещи пострашнее самой смерти. Утром, когда Яш вышел из хижины, он увидел ужас в глазах своих соседей. Люди на улице шарахались от него словно от прокаженного. В их умах и душах поселился первобытный страх. С их губ слетали угрозы и страшные проклятия. Даже Ману, верный, преданный Ману сторонился его и старался не смотреть ему в глаза.

А Сабхаш… Он вовсе повернулся к нему спиной, делая вид, будто ничего не замечает. Он тоже поддался страху, охватившего жителей маленькой деревни.

– Ты будешь проклят! – выкрикнул кто-то.

– Боги покарают тебя, Яш Бхатия! – воскликнул кто-то еще.

– Кумакун придет за тобой, безбожник!

– Безбожник, будь ты проклят!

– Будь проклят!

– Будь проклят!

– Будь проклят!!!

– Лучше уходи из деревни, – шепотом проговорил старый Джагджит, подойдя к сикху так близко, что его никто не мог слышать.

 – Уходи и не возвращайся. Ты уже умер, хоть еще и дышишь.

– Да что происходит?! – вопросил тогда Яш, срываясь на крик. Отпечаток обреченности лежал на его смуглом лице, а в черных глазах искрился гнев, подогреваемый ужасом происходящего. Он никак не мог понять, что творилось и чем он провинился.

– Уходи. Я и Ману, мы присмотрим за твоей семьей, они будут жить, и никто их не обидит, если сами боги не обрекут их на вечные страдания, – положив свои руки на плечи сикха, старик встряхнул его.

 – Ты слышишь меня, Яш? Мы не дадим твою семью в обиду, ведь они ни в чем не виноваты!

– Ты говоришь: они ни в чем не виноваты. Тогда, может, скажешь, в чем повинен я, раз ты меня прогоняешь?

– Я тебя не виню, мой мальчик! Я лишь хочу, чтобы ты жил! – старик Джагджит обернулся, заслышав далекий раскат грома. На западе, где собирались громоздкие, свинцовые тучи, вдруг вспыхнул небесный огонь.

– Это Кумакун! – крикнул кто-то.

– Он явился за тобой, безбожник!

– Уходи! – яростно выкрикнул старик, оттолкнув от себя сикха. – Уходи и не вздумай возвращаться!

Яш бежал без оглядки. Он даже не зашел в хижину, чтобы попрощаться с семьей, бежал так быстро, как только мог. Мысли в его голове путались, он не знал, о чем и думать. Бешено колотилось сердце, и уже начинало покалывать в боку. Спускаясь к излучине реки, он несколько раз упал, но быстро вставал и бежал дальше.