Цветок Трех Миров

Перед тем как отправить в рот свою часть, Рина подозрительно обнюхала колбасу со всех сторон. Засмеялась.

– Чего ты?

– Я вспомнила Лару. Она вечно даты на продуктах проверяет. Никогда ничего не съест без этого. Даже если сама десять минут назад купила, все равно проверит. Зато она способна тухлый йогурт съесть, если по дате он годный, а я вот ни за что не съем! – похвасталась Рина.

– Потому что Гавр слопает! – сказал Сашка, и раньше, чем Рина поняла, что это не просто рассуждение, кто-то набежал на нее и толкнул носом в руку.

Колбаса откатилась, а потом вдруг исчезла. Гавр вроде бы ее и не ел, но почему-то облизывался.

Рина, забыв об усталости, принялась за ним гоняться, что Гавру понравилось. Мало того что накормили, еще за тобой и побегали. Сашка набирал мелкие камешки и выстреливал их указательным пальцем, выбирая небольшие цели вроде высохшей ягоды на шиповнике.

– Мелкие камни надо метать так, чтобы попадать в глазное яблоко врагу! – сказал он.

– А из пращи не лучше? – спросила Рина.

Сашка задумался. Потом вытащил телефон и что-то бормотнул в диктофон. Рина разобрала только слово «праща».

«Ну все, – подумала она. – На две недели теперь у него есть занятие!»

Сашка всегда выполнял то, что задумал, отличаясь этим от Рины, которая задумывала столько, что выполнить было невозможно и двадцатой части. Правда, и мечты у нее были соответствующие: «завоевать мир», «предложить себя англичанам вместо старенькой королевы», «нырнуть за Вторую гряду» и другие такие же.

– Да, кстати! – о чем-то вспомнив, Рина сурово наморщила лоб. – У меня был скелет мыши. Лежал в холодильнике в банке из-под меда. Я хотела отлить с него гипсовую форму, но он исчез. Ты не брал?

– Я – нет, – сказал Сашка. – Но холодильник один на весь этаж. Ночью кто-то мог захотеть меда и спросонья… э-э…

– …неверно оценить эстетическую составляющую! – подсказала Рина и, жалея, что не взяла с собой ноутбук, стала печатать на смартфоне, чтобы не потерять хорошую деталь, которую потом можно было вставить в книгу.

Попутно она потирала лоб пушкинским кольцом и размышляла о том, что будет, если к человеку, воображающему себя Бонапартом, подойти и представиться: «Здравствуйте, император! Я ваш маршал Ней! Пришел обсудить диспозицию сражения!» Как он себя поведет? Будет обсуждать диспозицию или бегать по палате и вопить «Заберите от меня этого психа!»?

Не найдя ответа, она спросила об этом у Сашки.