Цветочница и птицелов

– Едва ли. Люди здесь тоже изменились. И дело вовсе не в ароматах.

– Как знать… Конечно же, в твоём городе нет бедных, фабриканты щедры, а городские правители не воруют. Ангелы, а не люди!

– Здесь есть бедные. Но не всё так фатально, как ты представляешь.

– Посмотрим. В смысле – не уверен.

– Предлагаешь скрестить шпаги?

– Тебе, как человеку доброму, не следует меня дразнить. Не буду я трогать ваших правителей и ростовщиков. Хватит с меня забот в Понтиклане.

Может, угостишь чашкой кофе?

– Вижу, ты стареешь. Раньше был другим.

– Сразу заводился! Милая Амалия, нам с тобой неведома старость. Разве лет через тысячу. Вот ты помнишь своё детство?

В ответ цветочница отрицательно покачала головой.

– Видишь… Конечно, всегда есть соблазн посмотреть, что прячется за красивой обёрткой… Только в мире так много городов, где вообще нет цветов.

– Это печально.

– Не расстраивайся, ты честно выполняешь свою миссию.

Она подала кофе.

Весь вечер они болтали о цветах и птицах, прошлых городах и странах, где им пришлось работать. Потом Альфред уехал, не сказав куда. Впрочем, Амалия всё равно узнает.

Свой спор они так и не закончили…

Для всех людей один хозяин – вечный и данный им закон,

Который нам даёт надежду на спасенье,

Ты только помни об одном:

Заблудших он тогда выводит на дорогу,

Когда в усердии и доброте весь смысл служенья Богу.

1.

Когда-то давно правил Веранией, небольшой страной на Балтии, жестокий герцог Отто, прозванный в народе Справедливым. И имелся у герцога сын Якоб – образованный добрый юноша, и внешне очень даже приятный, высокий, стройный с красивым лицом. Другой родитель гордился бы таким отпрыском, но Отто Справедливый отправил сына в изгнание – подальше от столицы на небольшой безлюдный остров Ругия. Дело в том, что юный наследник не разделял взглядов отца на правление страной, которая была полностью разорена и непрерывно вела изнурительные войны со всеми соседями.

Народ Верании отличался невежеством и бедностью, а правитель Отто по всей Балтии обрёл славу благодаря жутким жестокостям и всевозможным причудам. Каждый божий день по стране оглашались новые законы с самыми невероятными запретами, числа которых никто не знал.