Центр композиции

Она уже успела сделать четыре классные работы и впервые в жизни задумалась о большой серии.

– Если тебе надо идти…

– Нет-нет, я и не хотела. Все хорошо. Правда. – Страшно было нарушить сделку. Да и общество Чернова было ценным, ведь не каждый удостаивается чести вот так запросто пообщаться с гением. А чего нового может быть на даче с одногруппниками? В последнее время она все чаще сравнивала всех парней с Евгением Леонидовичем, и они неминуемо проигрывали. Казались такими примитивными, глупыми, не способными понять ее страсть к творчеству.

Не то, что он.

– А что там с Мартини? Ты уверена, что не хочешь все-таки провести субботу иначе?

– Абсолютно!

Чернов улыбнулся и приступил к работе. Долгое время они молчали. Света старалась абстрагироваться от музыки, которая уже долгое время играла на фоне. Классика, джаз и рок-баллады вперемешку. Ей нравилось совершенно другое.

– Дерьмо! – вдруг услышала она. – Прости. Не идет что-то.

– Я могу взглянуть?

– Почему нет…

Света аккуратно убрала драпировки, подошла к мольберту и едва не охнула.

портрет выглядел прекрасно. Она сравнила женщину на фото и на картине – очень похоже, но тело по технике здорово отличалось от головы. Фон был яркий, живописный, живой, а лицо будто тусклое.

– Красиво.

– Красиво – передразнил он – не те слова, которых ждешь от художника. Говори, что видишь.

– Голове не хватает живости. Фон сильно перетягивает.

– Вот-вот.

– Но так-то очень круто – Света испугалась, что ляпнула лишнего, потому что Чернов выглядел злым и угрюмым.

– Давай-ка я сделаю отдельно набросок с тебя на этом фоне, как хочу. Успокоюсь и уже начну работать над заказом, как должен? Как ты на это смотришь?

– Мне все равно, для чего позировать. Особенно, если в этот раз я буду стоять.

– Отлично. Голодная?

– Нет – соврала Света.

– Давай тогда, вставай у кресла.

– Хорошо.

Чернов накидал драпировок, а один отрез ткани по-хозяйски обернул вокруг ее пояса, как юбку.

Жар ладоней еще долго ощущался на теле, вызывая мурашки. Приступив к работе, он выглядел куда более увлеченным и довольным. Света замерла, не решаясь заговорить, раз уж теперь ее собственное лицо будет на полотне. Стоять было невыносимо, а осветительная лампа так пекла голову, что девушка всерьез опасалась получить тепловой удар.

– Иди, хочешь посмотреть?

– Конечно – радостно отозвалась она, но тут же ойкнула – ногу свело.