Циферблат

И даже к истории готовиться не буду. Всё равно мне больше не повезёт и не попадётся ничего хорошего.

С кухни послышался грохот, потом крик Маринки. Я машинально схватил монету, вскочил и бросился вон из комнаты.

– Ты чего?

Сестра плакала над крупными осколками.

– Я чашку разбила. Ту, свою, с кошками…

Я сел на корточки.

– Не поранилась?

– Нет. Но мама меня всё равно убьёт. Да и не в маме дело… Мне её Анька подарила.

– Какая Анька? – я полез за веником.

– Подруга моя. Она в прошлом году уехала.

– Ну, уехала и уехала, – я приладил совок и принялся оглядывать пол, определяя, где ещё могут быть осколки. – Это же просто вещь. Вы можете переписываться.

Маринка всхлипнула.

– Я её обидела, и она не разговаривает. И вообще… Ты не понимаешь.

Я покачал головой. Обидела. Тоже мне, проблемы у детей. Мне бы такие трудности.

Я аккуратно собрал осколки и выкинул в ведро. В это время позвонили в дверь.

– Это мама! – Маринка, размазывая слёзы по щекам, побежала в коридор открывать.

Я вернулся в комнату и сел на диван. Монета всё ещё была зажата в кулаке.

Ну, 18:01. Сегодня. Понедельник, 7-е апреля.

Ничего не произошло. Мир не перевернулся, сумерки за окном не стали днём или ночью.

Я вздохнул и убрал монету.

– Мам!

Из коридора веяло странной тишиной. Обычно мама приносила большие сумки с продуктами, начинала их разбирать и заводила болтовню с Маринкой. А у той всегда находилась масса новостей. Это мне рассказывать было нечего, кроме моих трагических приключений.

Я вышел из комнаты и добрёл до кухни. Маринка старательно мыла что-то под краном, надув губы.

– А где мама? – я подошёл ближе.

– Не пришла ещё, – Маринка шмыгнула носом.

– А кто тогда…

Тут я увидел на столе огромную кружку с улыбающейся кошкой, задравшей хвост.

– Стой. – Я аккуратно тронул её за плечо, – а это что за кружка?

– Какая разница, – Маринка закрыла кран и недовольно посмотрела на меня.

– Это Аньки? Которая уехала?

Маринка побледнела.

– Ну да, а ты откуда знаешь?

Я схватил кружку.

– Слушай, а давай я помою? Помогу тебе. Я аккуратно, я не разобью, я тебе обещаю…

В этот момент раздался звонок в дверь.

***

– Ну? – я потряс Никитку за плечо. – Что там?

– Сейчас, – он задумчиво потёр нос и защёлкал мышкой. – «Alea jacta est». Это латынь.