Внешняя сторона

На мой взгляд, для Гармоников вполне достаточно будет понимать принципиальные различия между Домами, понимать и принимать сильные качества каждого из Домов, а роль консолидирующего звена помогут исполнить знание закономерностей и умение находить общий язык с кем бы то ни было.

– Что ж, чуть полегче, но всё равно сопротивление будет со всех сторон, от каждого Дома и каждого из способов взаимодействия с Тьмой…

Она могла продолжать ещё долго, но я прервал этот поток.

– Ограничениями и запретами ничего создать не получится.

Ты же видишь, что управленцы тут устроили? Задача Гармоников – найти и предложить некие универсальные принципы взаимодействия между Домами с учётом их слабых и сильных качеств. Предложить в виде перспективы общего развития на базе ясного понимания, что узкое направление априори не может дать объективной картины, а с погрешностями большие планы не реализовать, их даже сочинить не получится.

– Выходит, если эти Домовые погрешности не удастся преодолеть, то Вертикаль упрётся в тупик? А если получится, то это может стать прорывом в какое-то новое качество, подобное выходу из первичного бульона? Так или иначе, но этот уровень исходя из имеющегося будет последним уровнем Вертикали, которую мы знаем, вернее, только хотим узнать.

Своими словами она поставила эффектную точку в разговоре. И пусть он завершился не конкретным ответом, а предположениями, но очень часто обнаружение правильных вопросов и является искомой промежуточной целью процесса обретения Щастья.

Цена ошибок

Рассказ о ключевых моментах становления теории просто не может включать в себя всю круговерть догадок, версий, проверок, анализа, ошибочных предположений и всего такого прочего, что сопровождает труд исследователя. На это ушла уйма времени и сил, и уж коли наша теория увидела свет, а Свет увидел теорию, это время не было потрачено впустую. Да мы, если честно, за ним и не следили.

К нашему немалому удивлению и удовлетворению добыча знаний довольно быстро начала приносить потенциал признания.

Получив в распоряжение фактические доказательства верности теории иерархии, мы стали осторожно делиться ею с теми, кто проявлял к ней хоть какое-то любопытство. Это не были дружеские встречи, на которых приятели обсуждают дела и события или делятся своими тревогами и надеждами. Персонажей, идущих с нами на контакт, сложно было назвать любителями заумных или сенсационных гипотез.