Частное пионерское

На пионерской доске соревнований наш 7-й «А» по количеству красных флажков шел вровень с 6-м «Б», и от сегодняшнего сбора зависело, кто станет победителем и получит почетную грамоту.

– Ну что же ты, Серега, только пять килограммов принес! Не мог, что ли, побольше притащить? – упрекали мы одного из наших одноклассников.

– Да нет у нас больше, я и так все свежие газеты из дома забрал.

– У соседей бы пошуровал.

– На работе все. Три подъезда обошел, одни бабки дома, а они не дают: скупердяйничают. Говорят, самим надо, мы газетами на зиму щели в оконных рамах затыкаем.

В это время во дворе школы, отдуваясь и еле передвигая ноги, показался Жорка Сердюк из конкурирующего класса. Невысокого роста, толстый и белобрысый, он и так-то не отличался особой резвостью, а тут прямо еле тащился, сгибаясь от тяжести. В руках у него было по пачке макулатуры внушительного размера, и наши надежды на победу таяли с каждым его шагом.

Мы с Димкой с ненавистью смотрели на него. Наши взгляды, подобно лазеру из только что прочитанного нами романа Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», казалось, могли испепелить ненавистного Сердюка и выжечь вокруг него землю в радиусе метров этак ста.

– Ничего себе пачечки! – злобно прошипел Димка. – Откуда же он столько набрал?!

– Наверное, на почте был – там иногда старые газеты остаются, – таким же ненавистным шепотом ответил я.

Сердюк, задыхаясь, подошел к нам, бросил увесистые пачки на землю и вытер пот со лба рукавом синего школьного пиджака.

– Вот, принимайте, – важно заявил он.

– Откуда у тебя столько, с почты, что ли?

– Где взял – там уж нет. Так я вам все и рассказал. Взвешивайте давайте.

Димка зацепил первую пачку безменом за бечевки и поднял вверх.

– Девять килограммов, – сказал он, глядя на шкалу весов.

– Ну-ка, дай я гляну. Где же девять? Десять с хвостиком.

– Где ты десять-то увидел? Девять триста максимум.

– Да ты что, ослеп?! Вот же десять.

Я подключился к спору. Внимательно вглядываясь в безмен, наморщил лоб и весомо произнес:

– Девять с половиной.

Жорка сплюнул на землю от досады, но спорить не стал, понимая, что нас все равно не переговоришь.

– Ладно, давайте эту взвешивайте. – Он подтолкнул к нам ногой вторую пачку.

– Двенадцать кило, – сказал я, из вредности сбавив еще полкилограмма, хотя уже понимал, что решающее соревнование нами окончательно проиграно.