Нызга

Какая ей разница, печален я или весел, удручен или бодр? И откуда она взяла, что я постоянно думаю о тех найденных звездолетах?

– Просто мысли мучают тебя, и ты словно стареешь у меня на глазах, – тихо произносит Дара.

Она будто отвечает на незаданный мною вопрос, но так, что я отшатываюсь. Совершенно машинально провожу рукой по лицу, то ли стараясь обнаружить морщины, то ли убедиться в их отсутствии.

Входит Зордан с подносом в руках. Словно повторяется вчерашняя сцена: мы с Дарой вдвоем в рубке, и кто-то приносит нам еду и питье.

Я смаргиваю, пытаясь разделить накладывающиеся друг на друга картинки. Что за бред?

– Ну что? Нашушукались? – интересуется он.

– Даре не нравится, что я слишком серьезный, – притворно жалуюсь я.

– Действительно? – Зордан иронически поднимает брови.

– Она сама сказала, что я слишком много размышляю и от этого старею.

– Думаю, она неправа, – успокаивает меня капитан. – Вероятнее всего, ее просто настораживает тот факт, что ты слишком симпатичный парень.

Да, Дара?

– Прекрати свои дурацкие шуточки, Зордан! – вспыхивает Дара. – Тебе это не идет.

– Зордан, а что ты думаешь о легенде про нызгу? – неожиданно для себя спрашиваю я. – И известно ли тебе о найденных звездолетах: «Таэре», «Гильдэре» и остальных?

– Так вот о чем вы разговаривали, – медленно произносит Зордан и пристально всматривается в наши физиономии. – Да, занятная штука эти выдумки. Многое можно списать на них, – он стискивает губы и отводит взгляд в сторону.

Пауза затягивается и становится неприятной. Я поднимаюсь, чтобы уйти.

– Впрочем, очень хорошо, что сегодня мы начали удаляться от межгалактической тьмы. И многочисленные огни галактики прямо по нашему курсу, – Зордан улыбается, тени, появившиеся на его лице несколько минут назад, истаивают.

После всего этого в душе остается нехороший осадок. И я никак не могу вытравить его. Включаю в наушниках громкую музыку. Запускаю веселые мультики, пока моя программа делает расчеты.

Пытаюсь по видеосвязи подшучивать над Течером. И даже разглядываю себя в зеркале, дабы найти подтверждение, что я остаюсь таким, каким был.

– Привет, партизан! Ты принципиально скрываешься от меня?

Легкий удар по плечу. Веселые светлые глаза в обрамлении красно-рыжих ресниц, широкая улыбка, копна легких кудрявых волос. Рыся появляется как свежий ветер, внезапно, резко и победительно.