Чёрная Карета

Он не сводил глаз с жарящегося бекона.

– Всё в порядке, дорогая. Я выспался, и теперь мне гораздо лучше. – Он сунул в рот дужку очков. – Знаете, когда я лежал на загривке у нашего милого Малыша, я кое-что почувствовал. Рана… она как будто нагрелась, но было даже приятно. Вам не кажется, что вода из Первого источника придала Малышу некую целительную силу?

– Я тоже её пил, – напомнил Подо. – Разве тебе не было легче, когда ты шёл, опираясь на меня?

Оскар задумался.

– Да нет, – признался он. – Право, не помню, чтобы рана меньше болела.

– Но мы дали тебе всего одну каплю, дедушка, – сказал Тинк. – А Малыш выпил гораздо больше.

Оскар хмыкнул, снял окровавленные повязки и обнаружил на животе ярко-красный рубец.

– Рана зажила! – воскликнула Лили.

– Прощальный подарок от нашего милого Малыша, принцесса, – в изумлении произнёс Оскар, и девочка просияла.

– Когда мы пойдём дальше? – спросил Тинк, проглотив два куска бекона. Щёки и губы у него блестели от жира. – Ты сказал, что у нас есть только один день, прежде чем Клыки начнут обшаривать северный берег.

– Так точно, парень. Нужно, – Подо подмигнул, примотал деревяшку ремнём к бедру и сунул язычок пряжки в истёртую дырочку. – Ты начинаешь мыслить как король.

Тинк сглотнул и отвернулся.

Джаннер решил, что пора извиниться:

– Тинк, э… прости, что наорал на тебя вчера. Это я зря.

Тинк пожал плечами и поворошил палочкой костёр.

– Мы бы без тебя не справились.

– О да, – подмигнув, согласился Тинк.

– Я мало что в этом понимаю, – продолжал Джаннер, – но, кажется… из тебя выйдет хороший король.

Тинк перестал улыбаться.

– Спасибо. Надеюсь, – вполголоса отозвался он, встал и принялся сворачивать палатку.

Джаннер посмотрел на остальных. Он ведь сделал всё, что мог – извинился и даже похвалил брата.

– Что с ним такое? – негромко спросил он.

– Оставь его, – сказала Ния.

Палатку свернули и привязали к рюкзаку Подо. Через несколько минут все были готовы отправиться в путь. После событий минувшего дня Джаннер уже ничему бы не удивился. Рюкзак утратил жёсткость и уютно свисал с плеч. Джаннеру довелось поучаствовать в бою, и тяжесть меча теперь не обременяла мальчика, а придавала ему храбрости. Он вспомнил, как удобно лежал лук в руке и как напрягалась тетива, когда он её натягивал.