Черная кошка на счастье

– Да, но сейчас мы по другому вопросу, – Максим, как старший брат, решил взять на себя ответственность за разговор. – Как вас зовут?

– Глофира Ильинична, – женщина немного растерялась, – а вас как зовут, милахи? – она добродушно рассмеялась.

– Максим, а это моя сестра – Алиса, – Максиму стало легко на душе от реакции хозяйки кофейни и он понял, что можно продолжать дальше, – У нас к вам дело. Мы можем на вас рассчитывать?

Глофира Ильинична была удивлена и наигранно серьезно ответила:

– Ну если дело серьезное – то конечно!

Алиса достала из пестрой сумки Тиффани и осторожно поставила ее на круглый столик.

Тиффани, не уверенно стоя на своих худеньких лапках, протяжно мяукнула.

– Боже мой! – воскликнула Глофира Ильинична. – Какая прелесть! Но чем я могу вам помочь?

– Тиффани негде жить, и мы решили, что у вас ей будет хорошо, да и вам хорошо! – протараторил Максим.

Глофира Ильинична плюхнулась на стул, который стоял перед столом и уставилась на котенка.

Тиффани, усевшись, внимательно изучала женщину, а Прокофий, кот Глофиры Ильиничны, настороженно наблюдал картину со своего коронного места на подоконнике.

– Что же мне с ней делать? – обреченно сказала хозяйка.

– Пожалуйста, приютите Тиффани у себя, мы не можем принести ее домой, мама не одобрит, а у вас ей будет хорошо, пожалуйста, – Максим больше всего боялся, что Глофира Ильинична откажет.

– Ладно, ступайте домой, дети, уже поздно! Котенка я оставлю, сейчас напою ее молоком, а вы, как будет время, захаживайте к нам, проведывайте свою найденку! – Глофира Ильинична добродушно улыбнулась и зашаркала за детьми закрывать дверь кофейни.

Напоив Тиффани молоком и дав блюдечко сметаны, женщина устроила котенку спальное место из стеганого одеяла.

– Ну вот, здесь ты будешь спать, а завтра видно будет, как дальше жить!

Утро выдалось невероятно солнечным и Мария Федоровна, усевшись перед окном, самозабвенно пила утренний кофе. Настроение у нее было на редкость хорошим.

Ничего не огорчало, поводов для беспокойства не было. На диване лежала книжица – женский роман, чтением которого она собиралась заняться после завтрака. На плите уже пыхтела овсянка, которую Мария Федоровна готовила себе каждое утро, а телевизор вещал утренние новости. Напевая себе под нос песню Эдит Пиаф, своей любимой певицы, портрет которой красовался у нее на стене в гостиной, женщина поставила чашку с недопитым кофе на стол.