Чернокнижец. Огненное проклятие демона

Поднявшись по истертым ступенькам на второй этаж, он нажал кнопку дверного звонка.

Пришлось позвонить несколько раз, пока с той стороны послышались шаркающие шаги, затем скрежет замка. Но вдруг все стихло, будто хозяин передумал открывать дверь.

– Кто там? – настороженно донеслось из квартиры.

– Здравствуйте. Меня зовут Денис Чернокнижец, – спокойно представился парень. – Мне нужен Геннадий Хорн.

Задвижка замка щелкнула, и дверь со скрипом приоткрылась. За ней стоял невысокий полный человек с обширной лысиной, окруженной редкими волосами.

Это и правда был Хорн. Но как же он изменился за эти годы!

Чернокнижец помнил краснолицего здоровяка, громко хохочущего и не стеснявшегося в выражениях. Но сейчас перед ним стоял обрюзгший старик с обвисшими щеками, одетый в такие же обвисшие спортивные штаны и растянутую вязаную кофту непонятного цвета. Его щеки и подбородок покрывала седая щетина, которую следовало сбрить еще несколько дней назад. Еще Денис помнил, что Хорн был на несколько лет старше его отца, но не знал, на сколько именно.

Сейчас на вид он дал бы Хорну лет шестьдесят, а то и больше.

– Денис? – изумленно спросил тот, открывая дверь пошире. Из прихожей пахнуло сыростью и гнилью переполненного помойного ведра. – Ничего себе, как ты вымахал! Ну входи, входи же!

– Я вас не разбудил? – Денис окинул взглядом странный наряд Геннадия.

– Да я все равно практически не сплю. Просто слегка удивился такому позднему гостю.

Чернокнижец вошел в прихожую, и хозяин тут же захлопнул за ним дверь.

– Вот так сюрприз, – едва слышно пробормотал Геннадий, рассматривая Дениса. – Но зачем ты здесь?

Приглашения пройти в комнату так и не последовало, пришлось Денису топтаться в узком коридоре. Но, может, это было к лучшему. Через открытую дверь Чернокнижец увидел, что в гостиной – огромной, как бывает в старых домах, комнате с тремя высокими окнами – царит страшный бардак. Вдоль стен громоздился кучами всевозможный хлам, на двери и спинках стульев висела одежда, подоконник был заставлен стопками старых книг и журналов.

Цвет потертого ковра на полу невозможно было определить. Покосившиеся картины на стенах нагоняли тоску.

– Я в городе проездом и хотел поговорить с вами о своих родителях, – осторожно начал Денис. – Меня направила сюда Феофания. Она говорит, вы можете рассказать мне о том, чем им приходилось заниматься в Клубе Калиостро.

Услышав это, Геннадий Хорн переменился в лице.

– Феофания, – с ненавистью процедил он.